Только сегодня, спустя годы, стало возможным познакомиться с творчеством опального поэта Алмаса Илдрыма. Только сегодня посвящаются ему пламенные строки Рефига Зека Хандана, Халила Рзы Улутюрка...

Книга Алмаса Илдрыма “Гара дастан” вышла в свет в 1994 году благодаря титаническим усилиям директора Государственного архива литературы и искусства им. С.Мумтаза Маарифа Теймурова, который в течение многих лет по крупицам собирал произведения поэта, печатавшиеся в Баку, Ашгабаде, Турции, Иране, Германии и других странах мира. Этот поиск продолжается и ныне, при содействии родственников поэта, писателей и просто поклонников поэзии А.Илдрыма. В пригороде Баку, в Шувелане, усилиями родственников воздвигнут памятник А.Илдрыму. Он тосковал по Родине. И он вернулся на Родину. Пусть даже обелиском...
Алмас Илдрым родился 24 марта 1907 года в Баку, в пригородном селении Гала. Рассказывают, когда он появился на свет, то вначале засмеялся, а потом заплакал... Может быть, это всего лишь вымысел, не знаем. Ясно одно: сегодня его имя можно смело произносить рядом с именами таких известных поэтов Азербайджана, как Гусейн Джавид, Джафар Джаббарлы, Микаил Мушвиг.
В 1925 году Алмас Илдрым успешно выдержал экзамен на отделение восточной литературы Бакинского университета, но вскоре был отчислен, так как в его анкете в графе “сословие” значилось: “отец - купец”. Для молодого Алмаса это был первый удар судьбы. А ведь ему тогда было всего восемнадцать лет. В 1927 году в Баку Алмас Илдрым написал замечательное стихотворение “О, горы!”, которое было опубликовано в Турции. Для того времени напечатать стихи во враждебной Советскому Союзу стране приравнивалось к предательству. Алмас был сослан на Северный Кавказ. И это был еще один удар судьбы.

Когда целует вас чаровница-весна,
Текут по вешним склонам воды, о, горы,
На ваших зеленых, словно изумруд, склонах
Цветут маки, цветут и розы, о, горы!..

Безгранична ваша слава в истории,
Караваны служат вам красным ожерельем,
Жертвоприношения совершаются на вашей груди
Людьми, приходящими сюда, о, горы!..

Земля ваша драгоценна, камни - как алмаз,
Ваши сосны утопают в шелку.
Только не знаю, почему вы иногда угрюмы,
Когда веет ветер с вершин, о, горы!
Словно горем вы убиты, дрожат губы,
Испытавшие вашу любовь.
Разносятся по сторонам ваши напевы - “шикэсте”,
О чем же говорят они с чужбиной, о, горы? 

...Наверное, у каждого яркого, неравнодушного человека есть своя страсть, “стихия”. Для одних это хобби, для других - единственный и неповторимый человек или любимая работа. Для выдающегося поэта и переводчика Владимира Кафарова это понятие было сформулировано в одно емкое и всеобъемлющее слово - Каспий. С морем его связала сама судьба.

Отец поэта, капитан судов “Демосфен” и “Сальянец” Абдулазим Кафаров бороздил Каспий не один десяток лет. После “списания” оба корабля в разное время были пришвартованы на Нефтяных Камнях, в качестве жилых и служебных помещений нефтяников. С рассказами отца о каспийской вольнице, с терпким ароматом Хазри, прокаленным солью и солнцем, впитал будущий поэт любовь к морю, стремление осмыслить и воспеть стихию седого Каспия. Но это была не просто романтика творческого поиска; таинство красивого и мужественного труда вдохновленных морем людей - нефтяников, рыбаков, капитанов шхун - вот что всю свою жизнь постигал “певец Нефтяных Камней”, как его без ложной патетики называли коллеги-поэты и читатели-поклонники.
“Владимир Кафаров вошел в литературу как талантливый, самостоятельный поэт со своим голосом, индивидуальным почерком и своей темой - героикой морских нефтяников, - пишет в воспоминаниях народный поэт Азербайджана Бахтияр Вагабзаде. - Тогда о тружениках моря у нас больше повествовала документальная проза, а поэзия только-только принималась осваивать эту сферу”. Журналисты подсчитали, что, в общей сложности, в своих творческих командировках на Нефтяные Камни Владимир Кафаров провел три года. Уникальный город на сваях стал обобщенным символом романтики и труда, одухотворенный и преображенный поэтом.

Не бахвалясь своей особою,
Ты стоишь средь стальных громад,
Но вся жизнь твоя - как пособие
Изучающим сопромат, 
- писал Кафаров о “Камушках”. -
...И просветляться, и туманиться - 
Работать прибыл я сюда.
Смотрю на племя нефтекаменцев,
На эстакады и суда.

Имя Александра Кикнадзе широко известно и в Азербайджане, и в России, и в других государствах ближнего и дальнего зарубежья. Журналист и поэт, писатель и философ, историк и филолог, москвич по месту жительства, А. Кикнадзе оставался, по сути, коренным бакинцем до конца своей жизни. Бывший корреспондент газеты “Бакинский рабочий”, собкор “Советского спорта”, автор замечательной дилогии “Полынь-трава” и “Брод через Арагоа”, романов “За час до рассвета”, “Стесненные воды”, “Пирамида солнца”, “Тайнопись. События и нравы зашифрованного века”, тридцати с лишним очерков, преимущественно о спорте - футболе и шахматах, баскетболе и волейболе, борьбе и боксе, Александр Кикнадзе последние сорок с лишним лет жил в Москве, работал редактором международного отдела в газете “Советский спорт”, побывал почти в сорока странах мира - на Олимпиадах и шахматных турнирах, футбольных и борцовских чемпионатах. К слову, зрители ОРТ, в том числе нашей республики, в недалеком прошлом часто могли видеть на своих телеэкранах увлекательные спортивные репортажи сыновей Александра Кикнадзе - Василия и Кирилла, следующих по стопам отца, словно продолжающих общение бакинцев с Александром Васильевичем, как говорится, “через годы, через расстоянья”...

Книга Александра Кикнадзе “Бакинская подкова”, выпущенная в Москве издательством “Азер-Медиа”, стала его последним замечательным произведением, к сожалению, увидевшим свет после смерти автора. Название “Бакинская подкова”, конечно, не случайно. Подкова, как известно, - символ удачи и везения. А все, что связано с Баку, - это надолго, навсегда. Книга объединяет на своих страницах самые разные судьбы бакинцев, раскрывая определяющую, а быть может, и решающую роль, которую сыграли ее герои в жизни автора. Думается, от каждого из них - в задушевном общении, творческом союзе, мимолетных встречах, или длительном знакомстве автор заимствовал нечто особенное, формирующее его жизненное, профессиональное и творческое кредо.
Книга повествует не только об интересных и близких Александру Кикнадзе людях, с которыми на крутых поворотах жизни его сводила судьба, но и по-новому раскрывает известные всем нам замечательные образы. Акрем Джафаров, Вячеслав Есьман, Александр Менделеев, Ниязи, Рашид Бейбутов, Максуд Ибрагимбеков, Тофик Бахрамов, Владимир Кафаров, Фаик Гасанов... Это не просто “герои его романа”, но и личности, во многом определявшие и продолжающие определять нашу историю, культуру, судьбу всей республики, а быть может, и планеты. Помимо ностальгических воспоминаний о друзьях и близких автору людях, в книге содержится и немало доныне неизвестных исторических событий и фактов, которые для Кикнадзе - гражданина, журналиста и патриота - стали темой жизненных исследований. В предисловии “Ностальгирующая душа” к книге сказано: “...это и собственная биография, и совершенно прелюбопытнейшие факты нашего столетия”. Скажем, знали ли мы, что в мае 1920 года Советская Россия предприняла “освободительный поход” на Иран? И как там побили и взяли в плен наших солдат и командиров. Почти не знали, нигде в документах этого нет, и Кикнадзе скрупулезно восстанавливает движение этой экспедиции. Почему в персидском отряде были его отец и мать? В новой книге “Бакинская подкова” Александр Васильевич подробно рассказывает об этом, раскрывая новые, неизвестные факты.
Мальчику-бакинцу, рожденному в Иране, было суждено в 1937 году потерять отца и с лихвой испытать все, что положено сыну “врага народа”. К счастью, рядом оказались люди редкой доброты, которые помогли излечиться от тяжелой болезни, подхваченной в холодном крысином подвале, поступить в Азербайджанский государственный университет, стать сталинским стипендиатом... “Тридцать бакинских лет, когда я потерял все, что только можно потерять, но и нашел то, что никогда не смог бы найти, дали запас впечатлений на всю жизнь”, - пишет автор книги. Ведь именно Баку дал старт спортивным и журналистским достижениям Александра Кикнадзе, способствовал покорению профессиональных и морально-духовных высот, научил дружбе, научил “...любить бакинскую осень, когда постепенно, в неохотку, отступает изнуряющая жара и, словно в награду за перенесенные летние муки, приходит пора самого сладкого на свете винограда шаны и самого вкусного (тоже на свете) абшеронского инжира...”. Короче, Баку дал надежную “прописку в жизнь”.

Дж. Ибрагимова