Обладательница привлекательной внешности и сторонница серьезного подхода к каждой роли, она аккуратно выстраивала актерскую биографию, стараясь не попасть в силки того или иного амплуа. И тем не менее миллионам зрителей она запомнилась в роли эксцентричной Назик. Малейка Агазаде, в девичестве Шахмарданова, держится просто - шутит, смеется так, что не поддержать ее невозможно. Обаятельная, с величественной осанкой и уверенным взглядом, она естественна, и рядом с ней чувствуешь себя так же. Красавица - она всегда красавица. В активе этой замечательной актрисы восемь фильмов, среди которых “Под знойным небом”, “Необыкновенная история”, “Жизнь - хорошая штука, брат”, “Живите, девушки”, “Улдуз”, “Можно ли его простить?”, около сорока спектаклей в Театре музыкальной комедии, множество работ в киножурнале “Мозалан”, участие в программе “Киноклуб”. И, наконец, роль Телли в музыкальной комедии Узеира Гаджибекова “Аршин мал алан”. Малейке ханум довелось выступать на одной сцене и дружить с корифеями азербайджанского искусства Гасанагой Салаевым, Мехти Мамедовым, Насибой Зейналовой, Лютвели Абдуллаевым, Баширом Сафароглу и многими другими. О ней писали Наби Хазри, Джабир Новруз, Осман Мирзоев. Буквально через пару минут нашего общения с ней я поймала себя на мысли, что моя собеседница настоящий кладезь, сокровищница национального сценического искусства.

Судьба

- В возрасте пяти лет обо мне уже писали все газеты: “талантливый ребенок с прекрасными вокальными данными и артистизмом”. Тогда же меня пригласили для участия в концерте в честь открытия тбилисского Дворца пионеров. В подарок нашим грузинским друзьям азербайджанская делегация привезла большой деревянный аэроплан. Как сейчас помню, его поместили во дворе Дворца пионеров. Это было потрясающее зрелище. Тот концерт имел огромный успех.
Когда началась война, я только окончила 5-й класс средней школы. В то время для поддержания морального духа бойцов, проходящих лечение в переоборудованных под госпитали домах пионеров, были организованы специальные концертные бригады. Не задумываясь, я записалась в одну из таких бригад. Помню, иной раз нам приходилось выступать аж 3-4 раза в день. Время было тяжелое, в стране царил голод, но несмотря на то, что с утра у нас и крошки во рту не было, мы выходили на сцену. Я видела вымученные, искареженные лица наших бойцов, но которые, едва услышав музыку, преображались, забывали о своих страданиях. В 14 лет я получила медаль “За оборону Кавказа”. Как же я гордилась столь высокой наградой!
Впоследствии я окончила музыкальное училище им. А.Зейналлы по классу вокала, у меня меццо-сопрано. На втором курсе меня пригласили исполнить партию Телли в музыкальной комедии Уз.Гаджибекова “Аршин мал алан” в Театре оперы и балета. Роль Телли принесла мне огромный успех. В этой постановке, режиссером которой был Султан Дадашев, мне довелось выступать на одной сцене с такими выдающимися исполнителями Азербайджана, как Фирангиз Ахмедова, Рауф Атакишиев, Джаваншир Кафаров, Кязым Мамедов, Шафига Гасымова. Это был великолепный спектакль. Кстати, параллельно с “Аршин мал аланом” в театре ставили “Севиль”, где партию Балаша исполнял непревзойденный Рашид Бейбутов. Помню, я присутствовала на всех репетициях и наслаждалась его завораживающим голосом, артистизмом. Режиссером этого спектакля был Мехти Мамедов. “Севиль” была единодушно принята слушателями, имела блистательные рецензии.
А сколько великолепных актеров работало в Театре музыкальной комедии: Минавер Калантарли, Кямал Керимов, Шафига Гасымова, Адыля Насирова. У меня дома огромный архив, в котором каждая фотография представляет собой историческую ценность.
Пять лет я проучилась и в хореографическом училище. А почему, вы думаете, так хорошо умею танцевать твист? Словом, уже в детстве стало ясно, что судьбою мне было уготовано посвятить свою жизнь искусству.

- Как вас называли в детстве?
- Милочка. Всю жизнь мое имя с трудом выговаривали, как только меня не называли: Малока, Маляка и даже Молоко. Поэтому я привыкла отзываться на Милу Шахмарданову. Кстати, в титрах фильма “Можно ли его простить” так и значится.

Популярность

- По сей день я не могу спокойно ходить по улицам, со всех сторон только и слышу: “Смотрите, Назик!”. Постоянно цитируются мои фразы: “Мусинка, сиз неджа де джазибедарсыныз” и другие. Я уже забыла этот текст, а народ все еще помнит. И самое главное, я чувствую в свой адрес симпатию со стороны женщин, а это, как известно, заслужить очень не просто. Мне нравится моя популярность, она никогда не причиняла мне хлопот, беспокойства. Совсем наоборот: стоило Назик где-то появиться, для нее всегда открывались двери. Правда, моя популярность не сыграла никакой роли в получении званий. Когда меня об этом спрашивают, я обычно говорю: “Я не заслуженная, не народная артистка. Я - Назик, и этим все сказано”.

- По-вашему, вас что-то роднит с героиней фильма “Улдуз”?
- Нет, она совсем другая. В ней чувствуются плебейские и мещанские нотки, а я этого не приемлю. К тому же, если бы я хоть немножко была на нее похожа, у меня давно были бы и звания, и нормальная пенсия (смеется).

- Насколько известно, ваш супруг всегда был против карьеры актрисы. Когда вам предложили сниматься в фильме “Улдуз”, его долго пришлось уговаривать...
- Он всегда был против, даже сейчас, когда меня приглашают на съемки, не скрывает свой протест. Каждый из нас выбирает призвание по душе. У меня же никогда не было сомнений в выборе профессии, ничего другого я даже представить себе не могла, поэтому несмотря ни на что продолжала сниматься.

- А сейчас не отказались бы предстать перед камерой?
- Конечно, нет. Как сказал Мешади Ибад: “Сколько бы много лет мне не было, я любому молодому фору дам”. С удовольствием сыграла бы даму своих лет, какую-нибудь характерную роль. Я никогда не боялась камеры, о чем прекрасно знали режиссеры, поэтому не предлагали мне даже проходить кинопробы. Как только я появлялась на съемочной площадке, сразу же начинали снимать.
Недавно я снялась в трех документальных фильмах, вошедших в “Золотой фонд” кинематографии Азербайджана. Среди них лента, посвященная памяти известного драматурга, философа, педагога Мамедгусейна Тахмасиба, и картина, рассказывающая о жизни и творчестве выдающегося режиссера Рзы Тахмасиба.

Актерская доля

- Через десять дней после смерти матери меня вызывают на съемки фильма “Живите, девушки” режиссера Эльдара Кулиева. Мне предстояло сыграть роль матери-актрисы, чей сын Тофик трагически погиб - утонул. Мне даже грим особо накладывать не пришлось, ибо мое лицо было опухшим от слез. Не успела я появиться на съемочной площадке, как режиссер скомандовал - “мотор!”. Несколько минут спустя съемки закончились, я же думала, что это всего лишь репетиция. Настолько я была поглощена своим горем, что мое внутреннее состояние перекликалось с переживаниями моей героини. Этот эпизод до сих пор живет в моей памяти.
И таких моментов в моей творческой карьере было немало. В 1959 году Рза Тахмасиб пригласил меня на съемки фильма “Можно ли его простить?”. Снимался один из последних эпизодов, когда по сценарию я со своим партнером Гасанагой Салаевым отправляюсь в больницу навестить только что перенесшую операцию Севду. Только я вышла из гримерки, как мне сообщили, что у моего шестимесячного сына Чингиза поднялась высокая температура, вызвали “скорую”. Прямо в сценическом костюме, не снимая грима, я побежала домой. Картина, которую я увидела, едва войдя в комнату, до сих пор стоит перед глазами: над моим маленьким сыном склонились все, кроме его родной матери... Вскоре, с трудом взяв себя в руки, я вернулась на съемочную площадку. И, самое интересное, по сценарию фильма мне предстояло заплакать. Поверьте, что это особого труда мне не составило: едва режиссер объявил - “мотор”, слезы ручьем полились из глаз. После съемок вся творческая группа поздравляла меня с хорошей игрой. Никто и не предполагал, что истинной причиной волнений и слез был мой меленький сын.
Как видите, не все так просто в актерской профессии, как может показаться на первый взгляд. Помню, как сложно было работать в театре: по шесть месяцев мы не получали зарплату, скитались из клуба в клуб, так как у театра еще не было своего помещения, постоянно уезжали на гастроли в районы, выступали практически в полевых условиях. В то время выражение - “Искусство требует жертв” действительно имело свою силу, сейчас же все изменилось.

- Что для вас первостепенно в жизни?
- Моя семья, дети. Им я посвятила всю себя и даже карьеру, в каком-то смысле. У меня двое сыновей, трое внуков. Я - счастливая бабушка.

- Как вы считаете, что такое любовь?
- Любовь - понятие растяжимое. Я знаю, что такое любовь матери к своим детям, сильнее этого чувства не может быть в жизни. В любом другом случае она, как правило, сегодня есть, а завтра ее нет. Правда, я со своим супругом живу уже 48 лет. Вообще, объяснить в двух словах это чувство очень сложно.

- Вы - одна из тех актрис, чья красота сводила с ума многих. В чем ваш секрет?
- В постоянной улыбке. Я никогда не унывала, не впадала в депрессию, никогда не показывала, даже если было очень тяжело. Однажды меня спросили, что нужно делать, чтобы в вашем возрасте так хорошо выглядеть. Я, не задумываясь ответила: “Надо все время улыбаться!”.

Юмор

- Это самое ценное, что есть в моей жизни. Мой сосед как-то сказал: “Мила ханум, вы с возрастом не утратили чувство юмора”. На что я парировала: “Ну это же у меня не могут отнять!”

- Я уверена, что в вашей жизни было множество курьезов...
- Вы даже себе представить не можете, сколько их было!
В один из дней, во время съемок фильма “Можно ли его простить?”, я по счастливой случайности оказалась дома. Надо сказать, у меня были прекрасные соседи, и в каждой семье по 8-9 детей. Вдруг слышу, как вся эта детвора бежит к моему окну с криками: “Тетя Малейка, вас милиция разыскивает!”. Выйдя во двор, я действительно увидела сержанта милиции, сидящего на трехколесном мотоцикле. Как выяснилось позже, он специально приехал за мной, чтобы отвезти на киностудию. Но дворовая ребятня так и не поняла, почему тетю Малейку препроводили в отделение милиции. А то, что в тот момент я испытывала, без смеха и не вспомнишь! Представьте себе, низкий мотоцикл, с грохотом перепрыгивающий с ухаба на ухаб. У меня места живого на теле не осталось.
А вот еще один забавный эпизод. Как известно, многие сцены из фильма “Улдуз” снимались в Астаре. В то время моему старшему сыну Зейналу было 5 лет, а младшему Чингизу - 4 года, и, естественно, я была вынуждена взять их с собой в поездку. На протяжении всех съемочных дней они буквально не отходили от меня. Помните эпизод, где я танцую твист? Так вот его снимали несколько раз, потому что, едва режиссер объявлял - “мотор”, сыновья подбегали ко мне и пускались вместе со мной в пляс.

- Какие праздники предпочи-таете?
- Для меня все праздники любимые, самое главное заключается в умении их весело отмечать.

- А готовить любите?
- О, это еще одно мое увлечение. Очень люблю готовить, причем нередко выступаю в качестве создателя каких-то новых, интересных рецептов. К тому же большое значение уделяю и сервировке. Каждый раз, когда у меня дома собираются гости, я пытаюсь удивить их чем-то необычным. И всегда получается!
- Спасибо за интересную беседу. Всех благ вам!

И. Кадырова