Событие, о котором мы хотим рассказать, связано с глубокими процессами, происходящими в последние десятилетия прошлого века. Мы будем говорить о Сумгайыте, а размышлять при этом о Родине и патриотизме, о войне и мире, о радостях и печалях. Думаю, что если несчастье - хорошая школа, то счастье - лучший университет. Все ли так считают, не знаю, но мой сегодняшний собеседник солидарен со мной. Это человек, умеющий ценить простые радости жизни, гражданин, у которого высокое чувство патриотизма, но оно не включает в себя милитаристский аспект. Известный азербайджанский ученый, проректор Государственной нефтяной академии, доктор философских наук, профессор Имран Джафарзаде является пока не только первым, но и единственным среди наших исследователей, который на монографическом уровне обратился к этим темам. Рукописи книг о Сумгайыте и Ходжалы находятся у него на письменном столе. Это глубокий общественно-политический анализ событий, связанных с армянской агрессией в Карабахе и провокационными акциями, совершенными дашнаками, проармянскими мафиозными силами и “демократами” Центра.
- Имран муаллим, какие социальные и иные болезни определили суть сумгайытских событий?
- Я постараюсь обозначить лишь главные, основные, учитывая рамки газетного материала. Подробно весь ход событий описан в книге. Прежде всего речь идет о настрое почти на генетическом уровне, в духе армянского национал-шовинизма, комплекса превосходства и мании величия. Веками живущая в массовом сознании подавляющего большинства армянского населения, искусственно, вне логики сфабрикованная идея о том, что они некогда существовали в рамках собственной великой империи, стала самодовлеющей. В орбиту этой бредовой, почти безумной идеи включалось все, что могло помочь ее реализации: идеологические “концепции” и партия “Дашнакцутюн”, фальшивая картография и искусственное удревление памятников материальной культуры, десятки тысяч псевдонаучных “исследований” и массовое чтиво на многих языках мира, распространяемое, простите за тавтологию, во всем мире.
- Все это смешно или грустно?
- И то, и другое. Дайте им волю, и они захотят увидеть маленькую Армению, равную могучему Китаю, а озеро Севан - мировому океану. И если бы это происходило без ужасающих последствий для других народов, особенно - азербайджанского, то, действительно, можно было посмеяться. Но, конечно, это и трагедия самого армянского народа в целом.
- И чем стал в этом отношении Сумгайыт?
- Сумгайыт стал очередной вехой, имея в виду десятилетиями проводившуюся подготовку, и первой - в реализации плана крупномасштабного нападения на Азербайджан.
- И таких попыток в минувшем веке было... - Три. Первую они совершили 4-5 июля 1921 года, когда по их настоянию Кавказское бюро ЦК большевистской партии рассмотрело этот вопрос.
Перипетии были сложные. Окончательно его решили 5 июля на пленуме Кавбюро. Могу процитировать постановление: “Исходя из необходимости национального мира между мусульманами и армянами и экономической связи Верхнего и Нижнего Карабаха, его постоянной связи с Азербайджаном, Нагорный Карабах оставить в пределах Азербайджанской ССР...”.
Вторая попытка - ноябрь 1945 года, очередная инициатива армянских националистов, выдвинувших предложение о присоединении Нагорного Карабаха Азербайджана к Армении. И даже всесильный Иосиф Сталин не принял волевого решения по этому поводу. Он направил обращение армян своему заму Г.Маленкову, а тот, поняв мнение Сталина, отослал его руководству Азербайджана. В этом письме шло армянское обоснование решения данного вопроса по ряду позиций: демографических, культурных, хозяйственных, образовательных, кадровых. Внешне все выглядело правильным, но аргументы были слабыми. И, тем не менее, наши согласились, но... Вот выдержка из обстоятельного и смелого ответа тогдашнего руководителя Азербайджана Мир Джафара Багирова: “Мы готовы уступить нагорную часть Карабаха Армении с условием, если все районы соседних республик, в которых исторически проживают азербайджанцы (в т.ч. Грузии - И.С.), будут переданы Азербайджану”. Не будем подробно останавливаться ни на содержании документов, ни на ходе обсуждения. Главное - итог: “В дело” - резолюция И.Сталина. Это был крах, второе поражение армян, но все же они должны сказать спасибо Иосифу Виссарионовичу.
- Почему?
- Потому что при подобном варианте решения вопроса Азербайджан, уступив 4 тыс. кв. км, получил бы из соседних республик более 30 тыс. кв. км территорий, где компактно проживало азербайджанское население.
- В самом деле: ведь главным “доводом” по поводу Нагорного Карабаха является некая “компактность” проживания там армян, не так ли? - Объективности ради скажу, что этот довод самый сильный, правильный и убедительный, но не в этом случае, потому что всем известно, каким путем достигалась эта “компактность” в Нагорном Карабахе.
- Да что говорить, если даже в самом Ереване еще в начале прошлого века, то есть по историческим меркам совсем недавно, азербайджанское население преобладало. А сейчас?
- А сейчас в Армении и Нагорном Карабахе не осталось ни одного азербайджанца, при том, что у нас и ныне живут до 30 тысяч армян. И, наконец, третья попытка. Ее взял на себя в начале 1964 года ярый дашнак Анастас Микоян - тогда председатель Президиума Верховного Совета СССР. В этом качестве он имел возможность на постоянной основе встречаться с руководителем государства Н.С. Хрущевым. Диалог: “Никита Сергеевич, украинский народ от всей души вам благодарен за то, что наконец-то вы Крым отдали Украине...”. И после небольшой паузы: “Вас беспредельно любят и многострадальные армяне. Может быть, подобным же образом вы отдадите Нагорный Карабах Армении?”. Никиту Хрущева справедливо считали излишне эмоциональным, экспрессивным руководителем. Но ответ, услышанный Микояном, был логичным, политически и исторически обоснованным, хотя и раздраженным: “Я готов предоставить 12 тысяч военных грузовиков для переселения армян НКАО в Армению в течение одних суток”. Это был сокрушительный удар для старого хитреца-провокатора, который сам о себе хотя и в шутку говорил, что не боится дождя: “Я пройду между струй”. Затем наступил период затишья продолжительностью в 13 лет, когда А.Микоян сначала ушел с должности, а затем и из жизни. Более того, во-первых, в июле 1969-го к власти в Азербайджане пришел Гейдар Алиев, а затем, с 1982-го, его уверенный голос зазвучал и в Москве. Тут уж армянам было не до Карабаха.
Но время шло - время настало: Михаил Горбачев пришел к рулю государства, а Гейдар Алиев был отстранен от политического руководства СССР. Шел заключительный этап 1987 года, а впереди был 1988-й - Нагорный Карабах и Сумгайыт... - И что же случилось в городе, в котором, согласно легенде, по вине злых сил исчезла вода, и отчаявшиеся люди молились: “Су, гайыт!”? - Здесь новые злые силы отнимали уже не воду, а жизнь невинных людей и пролили много крови.
- Можно ли сказать так: об этом многие знают, но не конкретно?
- Об общественно-политической ситуации я скажу очень коротко, приведу только цифры: это был второй город республики по промышленному потенциалу и многонациональному составу, третий - по численности населения, в 1949-1959 годах удельный вес межнациональных браков составил здесь 37%, причем даже после февральских событий их число не уменьшилось, и 12 браков были заключены между лицами азербайджанской и армянской национальности. “Когда у моей сестры родился сын, его нарекли азербайджанским именем - Вагиф. Он женился на азербайджанке. Дочь брата вышла замуж за азербайджанца. В нашей семье никогда вопрос национальности не возводился в ранг проблемы”, - писал армянин Э.Саркисян. Житель Сумгайыта А.Царумян писал: “Если раньше азербайджанских и армянских детишек отличали по именам, то сейчас и это различие стерлось. Растут сейчас на нашей улице мальчишки Мирза, Вагиф, Низами с армянскими фамилиями и девочки с азербайджанскими именами”. А в марте 1992 года, через четыре года после кровавых событий и после полного изгнания всех азербайджанцев из Армении, Сумгайытский горисполком принял решение об установлении армянке Н.Айрапетовой пожизненной пенсии и законности ношения ею фамилии погибшего мужа - азербайджанца. Нужны ли комментарии?
- Я слышал, что для армян в Сумгайыте были созданы идеальные условия для жизни.
- Судите сами. Управляющие городским промбанком и госбанком, трестом общепита, директора Сумгайытторга, каменного карьера, деревообрабатывающего завода, военком и главный архитектор, главврачи городской поликлиники и больницы, главные инженеры, начальники отделов и цехов предприятий, а также многие другие ответственные должности занимали армяне. Хотите посмеяться: директор Сумайытторга - Армаис Егиев и главный бухгалтер там же - С.Тарумянц.
- Мне не до смеха. Вот как “плохо” жили в Сумгайыте армяне! Интересно, а какова была ситуация в Ереване, Ленинакане и т.д.? - Какие тут могут быть комментарии? Даже известный армянский писатель Геворк Эмин так и сказал: “Армяне в Азербайджане, выходя из своего дома, вошли в свой дом”. Это именно так: ведь в молодом промышленном центре - Сумгайыте, где царила дружеская атмосфера, легко было трудоустроиться на высокий оклад и получить новую квартиру из фондов учреждений и предприятий, туда переезжали на постоянное место жительства представители многих национальностей, включая армян из... Нагорного Карабаха и даже самой Армении!
- Да, действительно, с экологией в этом промышленном центре было сложно, но зато образ жизни был здоровый! Кстати, вы упомянули о квартирах. Тогда, да и сейчас, вопрос этот был важнейшим.
- Верно, это действительно лучший показатель уровня жизни, так же, как и обеспеченность работой по опыту и специальности. Пусть говорят цифры: армяне жили в центральных массивах города, все имели телефон, никто не жил в “нахалстрое”, в то время, как в начале 1988 года 2150 семей азербайджанцев проживали именно в таких условиях, которые сравнивали с нью-йоркским Гарлемом. Это не удивительно, если председателем жилищно-бытовой комиссии горисполкома был Г.Багдасарян, а начальником паспортного стола города - А.Агаджанян.
Мало того, при 20% общей телефонизации города все армянские семьи имели отдельный телефон. В канун событий если автомобиль имел каждый 45-й житель Сумгайыта, то среди армян - каждый 24-й. Если на каждого сумгайытца в сберкассах города приходилось вкладов в среднем 378 рублей, то на каждого армянина - 1748, или в 4,6 раза больше. Во всем городе тогда была единственная автомашина иностранного производства “Шкода”, которая тоже принадлежала армянину.
- Имран муаллим, неоднократно говорилось о том, что о предстоящей провокации многим армянам было заранее известно.
- Да, причем этот ответ имеет, так сказать, социальный подтекст - зажиточным, обеспеченным армянам. Из различных источников мы установили, что, оказывается, действовал так называемый “Фонд помощи”, куда многие армяне вносили свои взносы. Накануне событий они сняли деньги из сберкасс, продали квартиры, уволились с работы, больные и даже те, кому предстояло рожать, срочно покинули лечебницы и родильные дома. - Все это доказуемо?
- Абсолютно все. В следственных материалах имеется полная информация о подобном поведении состоятельных армян Сумгайыта. Кстати, вы упомянули о тяжелой экологической ситуации в городе. Скажу больше: это был ад, мертвая зона, центр скопления ядовитых производств химического профиля. Если вы не устали от цифр, то скажу, что за сорок лет промышленные предприятия нанесли внешнему миру ущерб в сумме 35 миллиардов рублей, а за это же время для охраны окружающей среды было выделено около 100 миллионов. - Простите, это имеет отношение к нашей беседе?
- Самое прямое. При определении дислокации предприятий химического профиля поистине роковую роль сыграли соответствующие союзные предприятия, которыми руководил заместитель председателя Совмина СССР по этой отрасли Леонид Констандов (Констандян). Он говорил: “Вы мои друзья, я лишаю армян новых мощностей и дарю их вам. Пока я жив, развивайтесь и обогащайтесь. Я ваш друг и интернационалист”. Вот так наш “друг” загубил Сумгайыт. В равной степени, конечно, виновно и прежнее руководство республики, проявившее близорукость и недальновидность. Оно уже тогда должно было понять действия “интернационалиста” Констандяна, который развивал в Армении наукоемкие отрасли промышленности - электротехнические, радиотехнические и другие, а Сумгайыт завалил химикатами и отравляющими веществами. Удивительно ли, что здесь стремительно развивались онкологические заболевания, росла детская смертность?
- Кажется, это был единственный город, имеющий детское кладбище? - Увы. Зато Л.Констандову наши присвоили почетное звание “гражданин города Сумгайыта” и с энтузиазмом выдвигали от Азербайджана в депутаты Верховного Совета СССР. Этот “гражданин” очень много сделал для Армении, заложив в ней основу электронной промышленности. В Сумгайыте производили ядовитую кислоту, а в Армении - ЭВМ.
- В вашей книге, кажется, приводится полный список жителей Сумгайыта, погибших в результате военной армянской агрессии на территории Азербайджана. - Да, я привел полный список, состоящий из 378 человек с указанием фамилий, имен, отчеств, года и места рождения, даты гибели. Это мой гражданский долг. Добавлю только, что, к сожалению, пока не удалось установить имена добровольцев в их числе.
- Надеюсь, что этот перечень имен, составленный вами, подобно знаменитому списку Шиндлера, будет когда-нибудь экранизирован. - Будем надеяться. Ведь описание этой трагедии только еще начинается.
Да, для армянских захватчиков Сумгайыт оказался не только четвертой попыткой воплотить сепаратизм в жизнь. Как мы видим, все они были запланированы в различных формах. Здесь мы отмечаем очередной формат, который приобрел все черты реальной агрессии. Поэтому сейчас необходимо терпеливо и последовательно собирать факты, доводы и аргументы. Это наш долг перед народом.

Ибрагим Самедов,
кандидат исторических наук