Белые пуанты, невесомость и прозрачность пачки... балерина словно хрупкая снежинка появляется на сцене. Завораживая, приковывая к себе внимание, она заставляет навсегда отдаться во власть танца. Влюбленность в балет не бывает временной. Этот вид искусства рождает именно те чувства, которым дано жить вечно. Наша сегодняшняя героиня - легендарная балерина. О жизни, балете, женской судьбе беседа с народной артисткой Азербайджана Рафигой Ахундовой. А праздник 8 Марта - еще один хороший повод для этого.
- Рафига ханум, какой, по-вашему, должна быть настоящая женщина?
- Она должна таить в себе загадку. Это единственная в жизни тайна, которую никому нельзя открывать, сохраняя в сердце до конца своих дней. Современная женщина - свободна, независима в своей красоте, мышлении, поступках, принципах. Но как показывает жизнь, главное для женщины - быть интересной, привлекательной, с богатым внутренним миром. Гармония внутреннего и внешнего мира - залог успеха женщины. И еще один фактор имеет очень большое значение: тонкий стиль, умение выделиться из толпы, подчеркнуть свои достоинства и скрыть недостатки - этим секретом, увы, владеют немногие. Но это тоже один из аспектов внутреннего мира человека. Хочу пожелать нашим женщинам, несмотря ни на какие трудности и перипетии жизни, оставаться загадочными, всегда поражать, продолжать влюблять в себя невзирая на возраст.
- Вам ведь удалось воссоздать на сцене разнообразные женские судьбы...
- Айша (“Семь крававиц”), Гюльянаг (“Девичья башня”), Гюльшен (“Гюльшен”), Ширин (“Легенда о любви”), Жизель (“Жизель”) и многие другие - при всем своем разнообразии эти партии раскрывали мир утонченной женщины, у каждой из которых своя судьба. Я обожала все эти образы, они были мне очень близки. Когда я выходила на сцену, забывала обо всем, вживаясь в роль, старалась раствориться в ней. И в такие минуты у меня даже появлялись слезы на глазах. В одной из сцен балета “Девичья башня” Джахангирхан, узнав о том, что Гюльянаг родила вместо ожидаемого сына дочь, отнимает ребенка у матери. Помню, год спустя после своей личной трагедии во время исполнения этого эпизода у меня полились слезы ручьем. Но я сумела собрать волю в кулак, вспомнила книгу Шаляпина, где он говорил: “В самых трагичных сценах заставьте зрителей плакать, сами же не теряйте самообладания”.
- Что привело вас в балет?
- Уже в раннем детстве мои родители обратили внимание на то, что меня привлекает искусство танца. Особую роль в выборе моей будущей профессии сыграл дядя - заслуженный деятель искусств Гасан Агаев, кстати, один из первых азербайджанских режиссеров, который вместе с Адылем Искендеровым, Магеррамом Ашумовым окончил ГИТИС в Москве. Увидев мое невероятное рвение, он посоветовал родителям определить меня в хореографическую школу. Так, по наставлению дяди я и начала серьезно заниматься балетом. Мне посчастливилось учиться в классе великой азербайджанской балерины Гамер Алмас-заде, за что я бесконечно благодарна судьбе. Фактически я единственная, кто проучился у Гамер ханум все восемь лет, за исключением первого года обучения. Мне запомнилась она как женщина с необыкновенным чувством вкуса, стиля. Гамер ханум всегда роскошно выглядела. Глядя на нее, я училась всему. Хотя моя мама тоже была необыкновенной модницей. В нашем домашнем архиве хранятся старинные снимки удивительной красоты. Смотришь на них, аж дух захватывает. Наверное, все это наложило определенный отпечаток на мое мировосприятие: в детстве я любила вертеться перед зеркалом, примерять мамины наряды, за что, как правило, получала укорительные взгляды с ее стороны. По окончании училища меня отправили на усовершенствование мастерства в Москву. Это были незабываемые годы общения с величайшими мастерами балетного искусства того времени. Спустя несколько лет, по возращении домой, мне было доверено занять положение ведущей балерины Театра оперы и балета.
- У вас не возникало желания остаться в Москве - ведь русская балетная школа является самой сильной в мире и там огромное поле деятельности?
- Нет. Я всегда была очень привязана к своей семье, не представляла жизни без родителей и сестер. Даже уезжая на гастроли или на работу по долгосрочному контракту, считала дни, когда вернусь домой. Не поверите, я покупала разноцветные фломастеры и отмечала каждый прошедший месяц разным цветом. Сколько было счастья, когда их оставалось все меньше и меньше. Дело в том, что я была самой младшей в семье, всегда была окружена любовью своих старших сестер. Меня, конечно же, баловали. Помню, каждое утро сестры гладили мне ленточки на пуантах, приводили в порядок балетный костюм и укладывали в чемоданчик.
- Судьба уготовила вам удивительный подарок, ведь любовь и творческая деятельность соединились в вашей жизни в одно целое...
- Совершенно верно, я вышла замуж за первого азербайджанского артиста балета, который получил образование в Москве. Кстати, именно Максуд Мамедов, мой супруг, и настоял на том, чтобы я поехала учиться в Москву. Любовь пришла нежданно-негаданно. Мне было 13, а ему 15 лет. Оба мы учились в хореографической школе. Признаться, его чувства ко мне проявились много раньше, нежели мои. Как-то он сказал своему другу: “Даже не думай смотреть в ее сторону. Эта девушка будет моей!”. И начались традиционные ухаживания. Откровенно говоря, вначале Максуд привлекал меня исключительно как партнер по сцене. Но после возвращения из Москвы, когда мы оба уже работали в театре, и особенно после премьеры балета “Семь красавиц” К.Караева, чувства мои проснулись. И в этом, я убеждена, огромная заслуга мужчины. Женщина удивительное существо - она должна испытать, прочувствовать всепоглощающее чувство, переходящее в любовь, и только тогда решиться на дальнейший шаг. Вскоре мы поженились. Вначале было очень сложно. Прежде чем мы переехали в нашу нынешнюю квартиру, сменили две “коммуналки”. Но зато сегодня я вспоминаю, какая яркая творческая жизнь прошла в этой квартире. Нашими гостями в разные годы были многие известные личности: художники, композиторы, поэты, писатели, актеры. Это и Белла Ахмадулина, и Борис Мессер (сын легендарного артиста балета Большого театра Асафа Мессера), и Кара Караев, и Тогрул Нариманбеков, и Таир Салахов - список можно продолжать до бесконечности.
- Вот мы и подошли к следующему этапу вашей творческой жизни - деятельности в качестве хореографа-постановщика...
- Как вы знаете, карьера артистов балета заканчивается очень рано, по истечении 20 лет. Так что в конце 60-х годов мы с Максудом стали задумываться о том, чтобы покинуть сцену. Однако останавливаться исключительно на преподавательской деятельности для нас было недостаточно. Хотелось чего-то большего. Этим “большим” и стала деятельность в качестве хореографов-постановщиков. И первым нашим детищем была “Каспийская баллада” - балет, повествующий о тяжелом труде нефтяников Каспия. Мы даже были свидетелями того ужасного пожара, который случился на Нефтяных Камнях. При минимуме декораций, в костюмах, которые представляли собой лишь традиционное трико, мы сделали акцент на хореографии, дабы языком танца показать не только трудовую деятельность нефтяников, но и произошедшую трагедию. Это было в 1968 году, на тот момент мы все еще выступали в театре. Спектакль имел огромный успех как у зрителей, так и в среде творческой общественности страны. Присутствующие на традиционном обсуждении спектакля театральные критики из Москвы сравнили нашу работу с почерком выдающегося хореографа Касьяна Гализовского. Это было очень лестно, казалось, о чем еще могли мечтать молодые постановщики.
Вскоре в Баку приезжает авторитетная делегация, в составе которой были и деятели культуры Франции, для того, чтобы отобрать для предстоящего Международного форума танца в Париже балетные спектакли. В активе этого форума было участие ведущих театров Москвы, Ленинграда, Киева, Новосибирска. На этот раз организаторы форума решили посмотреть работу театров Средней Азии и Закавказья. Надо сказать, что в Баку они прибыли, так ничего и не выбрав. В нашем театре на суд французских гостей представили “Семь красавиц” К.Караева (кстати, в нашем исполнении), “Легенду о любви” А.Меликова, “Девичью башню” А.Бадалбейли и другие балеты азербайджанских композиторов. Однако, несмотря на прекрасную музыку представленных спектаклей, организаторы форума не нашли в их хореографии то, что могло бы их привлечь. Тогда директор театра С.Сеидова и главный балетмейстер Г.Алмас-заде рассказали им о новой постановке молодых хореографов. На следующее утро “Каспийская баллада” была представлена гостям - и ее отобрали для участия в форуме. Но, как выяснилось, в Париже необходимо было представить три одноактных балета. На тот период мы только приступили к работе над спектаклем “Тени Гобустана” Ф.Караева. Даже музыка была написана только наполовину. А так как молодости свойственна смелость, мы пообещали представить его уже через месяц. Началась интенсивная работа.
Шел конец 1969 года. Французская делегация приехала вновь. И снова нас ждал успех. Кстати, в качестве художника этого спектакля выступил Тогрул Нариманбеков, это была его первая работа для балета. Наконец, предстояло выяснить, на какую тему ставить третий балет. И тут на помощь пришел тогдашний министр культуры композитор Рауф Гаджиев. Неожиданно он сообщил французским гостям, что у нас есть современная постановка на национальную тему. И назначил день просмотра. Мы были в шоке, ибо, как вы догадываетесь, никакой постановки не было. “Азербайджанская сюита” Р.Гаджиева (он сочинил ее буквально на ходу), а именно так назывался этот номер, имела блестящий успех. Кстати, это произведение очень любил Гейдар Алиев. На всех правительственных концертах он говорил: “Включите в программу “Гайтагы” Максуда и Рафиги!”. В случае успеха на Международном форуме в Париже нам предстояли гастроли по югу Франции, а затем в Люксембурге и Монте-Карло. И мы имели успех.
- Вашей лебединой песней стала партия Жизель?
- Совершенно верно. По возвращении мы с Максудом в последний раз вышли на сцену театра в спектакле “Жизель” Адана. Затем уехали в Алжир, где организовали первый национальный балет, работали в Швеции, позднее - в Египте, Бельгии, Турции. А потом было сотрудничество с великим Кара Караевым. Мы были постановщиками оригинального прочтения балета “Тропою грома” - одной из самых любимых мною хореографий. Следующей нашей совместной работой был спектакль “Семь красавиц”, в котором мы представили новую музыкально-хореографическую драматургию балета. Его премьера была приурочена к юбилею К.Караева. Незадолго до своей смерти Кара Абульфазович собирался начать работу над трехактным балетом “Лейли и Меджнун”. Это должно было быть новое, ни на что не похожее произведение. И мы готовились выступить в качестве его постановщиков. До сих пор я храню письмо К.Караева, где он, полный сил и надежд, ждет нашего возвращения из Каира, с тем, чтобы приступить к работе над “Лейли и Меджнун”. Но, увы...
Это было много позже. А пока нам приходит приглашение для участия в I Всесоюзном конкурсе артистов балета. И мы с Максудом решаем выступить здесь в качестве хореографов-постановщиков, представив на суд зрителей миниатюру “Мугам” на основе “Баяты Шираз” Назима Аливердибекова в исполнении двух молодых танцовщиков. Это было удивительное произведение: Назим муаллим раскрасил музыкальную картинку миниатюры звуками органа, арфы и ударных инструментов. Концертный зал им. П.Чайковского, где проходил второй тур конкурса, буквально взорвался аплодисментами. Азербайджанский дуэт вызывали на поклон в течение десяти минут. Помню, я в волнении стояла за кулисами, а Максуд сидел с друзьями в зале. Вечер вела известный в то время конферансье А.Чехова, которая никак не могла успокоить публику. Впоследствии, перед Гала-концертом, такие известные танцовщики, как А.Годунов, просили членов оргкомитета не ставить их номера после “Мугама”. После этого конкурса к нам обратились звезды мирового балетного искусства В.Васильев и Е.Максимова с просьбой поставить для них “Мугам”. Много позже В.Васильев выпустит книгу “Антология”, в которой напишет обо всех знаменитых хореографах, оставивших заметный след в его творчестве. В их числе были и наши имена. И в книге, изданной к 200-летию Большого театра, тоже есть графа, посвященная двум азербайджанским хореографам. И было еще много интересных постановок: “Калейдоскоп”, “От Бога” Ф.Караева, “Бабек” А.Ализаде (художником которого выступил Таир Салахов), “Щелкунчик” П.Чайковского и многие-многие другие.
Я счастлива, что прожила такую интересную, насыщенную, успешную творческую жизнь, воспоминания о которой до сих пор живут в моем сердце.
Инара Кадырова
