В последние недели вновь начались дискуссии по поводу возрождения сотрудничества в рамках ГУУАМ (Грузия, Украина, Узбекистан, Азербайджан и Молдова) - организации, на которую когда-то возлагались большие надежды, несбывшиеся, однако, из-за ряда объективных причин. Возможно, прорыв в этом вопросе совершил очередной саммит глав государств ГУУАМ, намеченный на 22 апреля, который отдельные обозреватели успели окрестить как исторический. Отметим, что последний саммит объединения состоялся летом 2003 года в Ялте, где только Украина и Грузия были представлены на уровне президентов, а по уставу организации встречи глав государств должны проходить ежегодно.
Возобновление же интереса к этой теме началось после состоявшихся контактов между членами ГУУАМ на уровне их президентов.
Вначале молдавский президент Владимир Воронин неожиданно посетил с визитом Киев (это была первая встреча на высшем уровне после охлаждения отношений между Молдовой и Украиной в 2003 году), затем последовал также экстренный визит (непосредственно перед парламентскими выборами в Молдове) президента Грузии Михаила Саакашвили в Кишинев. На обеих встречах речь шла о расширении сотрудничества в рамках этой организации. Этот вопрос был одним из основных и в переговорах нового премьер-министра Грузии Зураба Ногаидели в Баку.
Отметим, что вслед за ним Баку посетил председатель исполкома СНГ Владимир Рушайло. По официальной информации, целью визита было обсуждение с руководством Азербайджана вопросов реформирования СНГ, а также плана мероприятий по случаю 60-летия Победы в Великой Отечественной войне. Однако приезд Рушайло многие обозреватели связали именно с активизацией темы ГУУАМ и, в первую очередь, с заявлениями “о неэффективности СНГ”, которые почти одновременно прозвучали в Киеве, Тбилиси и Кишиневе. Некоторые восприняли это как сигнал о предполагаемом выходе названных стран из СНГ, и стали гадать, какую позицию займет по этому поводу Азербайджан - один из ключевых звеньев в ГУУАМ. И вновь в ход пошли утверждения о том, что Баку стоит перед дилеммой: соглашаться с партнерами и таким образом содействовать развалу СНГ, или нет и остаться с Москвой.
Попытаемся же выяснить, почему дискуссии об активизации ГУУАМ начались именно сейчас, и почему этот процесс многими расценивается как передел постсоветского пространства.
Об образовании ГУАМ (тогда еще аббревиатура из четырех букв) было заявлено в ходе саммита Совета Европы в Страсбурге 10 октября 1997 года, на котором президенты Грузии, Украины, Азербайджана и Молдовы подписали совместное коммюнике об этом.
В то время все названные страны имели статус ассоциированного члена СЕ, и подписанное ими соглашение означало также принятие стратегического курса на интеграцию в европейские структуры. Но эта группа сформировалась несколько ранее, в ходе обсуждения Договора по фланговым соглашениям об обычных вооружениях в Европе в Постоянном Совете ОБСЕ, заключенного весной 1997 года. Грузия, Украина, Азербайджан и Молдова были недовольны распределением военного арсенала бывшего СССР в рамках Ташкентского договора 1992 года и тем, как Россия выполняет (точнее, не выполняет) обязательства, взятые на себя по фланговым соглашениям (вспомним, например, нашумевший факт незаконной передачи Армении вооружения в размере 1 миллиарда долларов).
Позицию недовольной “четверки” поддерживали США, у которых были свои планы на постсоветском пространстве. В то время уже шли дискуссии по поводу евроазиатского транспортного коридора и перекачке каспийской нефти на мировой рынок в обход России, об образовании в рамках СНГ региональной группы, устремленной на Запад. Это как никогда отвечало интересам США. В то же время внутри СНГ шли дезинтеграционные процессы, стимулированные самой Россией, которая сначала инициировала с Беларусью образование “союзного государства”, а в начале 1997 года было объявлено о создании Таможенного союза (Россия, Беларусь, Казахстан, Киргизия и Таджикистан). Эти же страны, плюс Армения, создали в рамках СНГ фактически военно-политический альянс в рамках “Договора о коллективной безопасности”. Таким образом, в постсоветском пространстве углублялись разделительные линии, развивался процесс, начатый Россией и продолженный США. Вашингтон и стал тем основным геостратегическим спонсором нового союза, в котором объединились государства, не желавшие попасть под экономический и военно-политический прессинг России. В апреле 1999 года, в ходе празднования 50-летия НАТО в Вашингтоне, в союз был принят Узбекистан, и ГУАМ тогда получил еще одну букву в аббревиатуре.
Постепенно в деятельности организации стала отчетливо просматриваться и военно-политическая составляющая, более заметная после того, как Грузия, Азербайджан и Узбекистан в 1999 году вышли из “Договора о коллективной безопасности” СНГ. В том же году начались дискуссии об образовании в рамках ГУУАМ единого миротворческого контингента с дальнейшим его использованием для поддержания мира в конфликтных зонах, в частности в Приднестровье, Абхазии и Южной Осетии. Однако скоро выяснилось, что миротворческая функция ГУУАМ была сильно преувеличена, так как в конфликтах на пространстве СНГ по-прежнему главное слово оставалось за Россией.
К тому же, Узбекистан с самого начала был категорически против превращения ГУУАМ в организацию с политическим уклоном и заявил, что рассматривает ГУУАМ в качестве форума, основу деятельности которого составляет торгово-экономическое и транспортно-коммуникационное сотрудничество. Такой же позиции после прихода к власти коммуниста Воронина стала придерживаться и Молдова. И в целом, крен в сторону политизации уводил ГУУАМ от основной задачи, на которую нацеливались его члены, а именно, от экономического сотрудничества, от плана создания зон свободной торговли, своего рода мини-ЕС в постсоветском пространстве. Это поняли и в Вашингтоне, который после саммита ГУУАМ в Нью-Йорке в сентябре 2000 года (в рамках “саммита тысячелетия” ООН) стал стимулировать торгово-экономическое сотрудничество в рамках этой организации, имея в виду и образование зоны свободной торговли. В 2001-м бюджетном году США впервые выделили ГУУАМ около 9 млн. долларов на эти цели, а год спустя эта помощь возросла до 37 млн. долларов. В июне 2001 года ГУУАМ получил статус международной региональной организации, что было зафиксировано в подписанной главами входящих в него государств Ялтинской хартии. А в следующем году - на очередном саммите в Ялте лидеры ГУУАМ подписали долгожданное соглашение о свободной торговле. Но, как ни парадоксально, именно в 2002 году ГУУАМ лишился Узбекистана, который, не найдя практического поля для торгово-экономического сотрудничества в рамках организации, временно приостановил свое членство в ней. Правда, некоторые аналитики склонны считать, что Ташкент принял такое решение, в первую очередь, из-за прессинга со стороны России, и в подтверждение этому отмечают подключение Узбекистана в Шанхайскую организацию сотрудничества (Россия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан и Китай), где тон задает Москва. Но этот довод не совсем логичен, потому что Узбекистан вошел в ШОС из экономических принципов, в том числе, чтобы транспортировать свой газ на рынки Китая. А вот в Евразийское экономическое пространство (ЕЭП) - организацию, усиленно сконструированную Россией, Ташкент не вошел, так как не считал ее экономически выгодной.
Кстати, именно идея создания в рамках ЕЭП (Казахстан, Россия, Беларусь) зоны свободной торговли стала тем камнем преткновения, который, начиная с 2003 года, затормозил расширение сотрудничества в пространстве ГУУАМ. Маневрирование Украины (без которой ГУУАМ не мог бы стать региональной организацией) между ЕЭП и ГУУАМ негативно отразилось на ее деятельности. Правда, здесь президент Л.Кучма преследовал и политические цели. В 2003 году, как известно, разразился “кучмагейт” - скандал между США и Украиной из-за причастности Л.Кучмы к продаже оружия Ираку.
Так или иначе, но вслед за Украиной интерес к сотрудничеству в рамках ГУУАМ потерял и ее сосед - Молдова, которая также обратила взоры в сторону ЕЭП. К тому же, начиная с 2003 года, отношения между Киевом и Кишиневом осложнились из-за экономических причин. Украина отказала Молдове, желающей стать транзитной страной в перекачке нефти из портов Черного моря в Европу (маршрут Одесса-Броды-Гданьск), а также объявить экономическую блокаду Приднестровью. В ответ на это президент Воронин игнорировал Ялтинский саммит ГУУАМ в июне 2003 года.
Таким образом, в последние два года наиболее слабым звеном в ГУУАМ оказалась именно Украина, а 2004 год для организации вообще прошел безрезультатно, если не считать создания в ее рамках Парламентской ассамблеи. Не случайно почти все аналитики, а также вашингтонские стратеги, стремящиеся вдохнуть в ГУУАМ новую жизнь, подчеркивали, что дальнейшая судьба организации зависит от исхода выборов в Украине. Вместе с тем, не случайно и то, что именно после прихода к власти Виктора Ющенко позиция Украины в вопросе развития сотрудничества в рамках ГУУАМ обещает стать лидирующей. Естественно, в этом немаловажную роль играет и полная поддержка Украины со стороны США - главного геополитического спонсора ГУУАМ. Однако основной движущей силой в возрождении ГУУАМ все-таки является экономический фактор, горизонты зоны свободной торговли, которые открываются перед организацией после того, как официальный Киев не дал согласие на участие в ЕЭП. Как заявил новый украинский министр иностранных дел Борис Тарасюк, “ЕЭП - не то, что хотела бы создать Украина”. Правда, Москва пока не теряет надежды склонить Украину к сотрудничеству в рамках ЕЭП, и с этой целью Владимир Путин намерен посетить Киев.
Однако не следует делать вывод, что с возрождением сотрудничества в рамках ГУУАМ усилится противостояние между ним и Россией, и что Азербайджану, например, имеющему хорошие экономические связи с Россией, нужно будет выбрать одну из сторон. Во-первых, ГУУАМ никогда не противопоставлял себя России, а наоборот, несколько раз призывал Москву присоединиться к региональному сотрудничеству. В смягчении отношений между ГУУАМ и Россией следует отметить важную роль покойного президента Азербайджана Гейдара Алиева, который до 2003 года был фактическим лидером организации. Вообще, во внешней политике Азербайджана не существует принципа деления типа “или-или”, особенно, если это касается экономических отношений. Баку против разделительных линий в пространстве СНГ и проводит сбалансированную политику в рамках Содружества, где каждая страна свободна в выборе экономического партнера.


Аналитическая
группа Центра
эффективных инициатив