В качестве первого документа мы предлагаем с некоторыми сокращениями статью “Почка для американца” опубликованную в израильской газете “Секрет” в феврале 1997 года. Эту статью привез в Баку мой племянник (профсоюзный работник Дж.Исмаилов).
Узнав об этом, тогда я попытался достучаться до наших дорогих чиновников разного ранга, восседающих в заоблачных кабинетах разных ветвей власти. Но, увы, достучаться ни до кого не смог.
А те немногие, до кого мне удалось тогда дозвониться, проявили полнейшее безразличие. Даже мое родное академическое руководство не проявило никакого интереса. Представьте, как бы среагировала вся Армения, окажись у них в руках такой документ... Итак, давайте прочтем, о чем писала израильская авторитетная газета “Секрет” в 1997 году.
Кстати, этот материал в свое время был опубликован в газете “Panorama”.

Почка для американца

- Итак, теперь тебя интересует знаменитый “список тридцати четырех” и вообще вопрос о том, как мы боремся с русской мафией... - полковник Аарон Гутник, не торопясь, помешивал ложечкой принесенный ему кофе и, видимо, одновременно думал, как ему избавиться от меня на этот раз.
- Мафия, мафия... - повторил он. - Весь мир помешался на борьбе с мафией и мы, само собой, в первую очередь. Хотя что такое, собственно говоря, мафия? И какие преступления считать мафиозными? Ты слышал, например, о недавнем деле профессора Нахимовского, одного из крупнейших израильских реаниматологов?
- Да, в прессе была довольно невнятная заметка о том, что он занимался пересадкой органов, и у донорских органов было какое-то сомнительное происхождение. Скандал, кажется, возник сразу после выборов, и это было первое дело, с которым столкнулся новый министр здравоохранения Цахи Ханегби.
Он подписал приказ об увольнении профессора, заодно запрещающий ему заниматься в Израиле операциями по пересадке органов, а затем призвал врачей соблюдать профессиональный кодекс чести, чтобы подобные истории больше не повторялись... - Точно! Вот только если бы все дело было исключительно в профессоре Нахимовском! И, нажав кнопку, Гутник бросил в микрофон коммутатора: - Хана, принеси, пожалуйста, дело Нахимовского.

Таможня “добро” не дает

На вопрос о том, почему он в тот день приказал задержать отправку контейнеров с медицинскими препаратами в США, служащий таможни аэропорта “Бен-Гурион” только пожал плечами: - Интуиция... Он уже десятки раз пропускал аналогичный груз, пропускал почти без проволочек, потому что ни фирма, занимающаяся экспортом медицинской продукции, ни ее сотрудники не вызывали у него никаких подозрений, к тому же года два назад он осматривал один из таких металлических контейнеров, в котором при сверхнизких температурах хранились какие-то особо ценные препараты.
Но сейчас он снова потребовал вскрыть один из контейнеров, и хотя парень, сопровождавший груз в Штаты, внешне отнесся к этому требованию совершенно хладнокровно, таможенник отработанным за полтора десятка лет работы чутьем почувствовал, что тот весь внутренне напрягся.
- Вы же знаете, что вскрытие контейнеров здесь, без специальных условий, может испортить товар, - сказал сопровождающий таможеннику. - Убыток может составить сотни тысяч шекелей... - И все-таки я настаиваю... Потом он долго смотрел на лежавшие на дне этого своеобразного металлического термоса колбы и, наконец, решившись, взял одну из них в руки.
- Свиная почка, - торопливо сказал парень из фирмы. - Предназначена для студенческих лабораторных работ... - А что, в Штатах для этого дела свиней не хватает?! - пошутил таможенник, поворачивая колбу, словно стараясь получше рассмотреть ее содержимое. И уже совершенно серьезно добавил, - я вынужден задержать груз до получения заключения экспертов.... Ответ был получен через неделю: почка - человеческая... За двадцать лет работы в полиции Гутник так и не научился сваливать грязную работу на подчиненных. Но, увидев генерального директора фирмы “Крио” Арье Файберга, он понял, что поступил правильно: тот выглядел крепким орешком, и если бы Гутник направил к нему какого-нибудь юнца, то первый допрос был бы сорванным. А от того, как проведен именно первый допрос, нередко зависит успех всего следствия.
- Я думаю, с данными экспертизы вы уже знакомы. Следовательно, вы подозреваетесь, - сказал Гутник, - в незаконной торговле донорскими органами.
- Ну, я не стал бы формулировать именно так, господин следователь, - Файберг достал из кармана пачку “Гольфа” и небрежно, словно у себя в кабинете, бросил ее на стол. Мы готовы признать, что часть нашего товара действительно составляла донорские органы, и, классифицируя все это как “анатомические препараты, предназначенные для научных исследований”, мы уклонялись от оплаты части налога. С другой стороны, донорские органы в определенном смысле являются анатомическими препаратами и они действительно могут предназначаться для научных исследований. Или вы с этим не согласны? Так что я не думаю, что тут есть прецедент для уголовного дела. - Нас интересует, насколько законными были источники добывания донорских органов в таком количестве, в каком ими торговала ваша фирма. Моя профессия заключается именно в том, чтобы подозревать, господин Файнберг, и на этот раз подозрения настолько чудовищны, что мне самому не хочется в них верить... - Можно поточнее? - спросил Файнберг, и Гутник снова подивился самообладанию этого человека, пытавшегося перехватить у него инициативу допроса.
- Да, - жестко сказал Гутник, - могу и поточнее. Только в Тель-Авивском отделении полиции получено за последний год несколько жалоб на то, что врачи ряда наших больниц оказывают давление на родственников людей, попавших в различные аварии, чтобы они подписали разрешение на изъятие у пострадавших донорских органов, и сразу после получения такого разрешения отключают системы жизнеобеспечения.
Большинство из тех, кто обратился к нам с подобными жалобами, утверждают: у них сложилось впечатление, что врачи буквально жаждали заполучить органы и потому не предпринимали всех необходимых усилий для спасения пациентов.
Мы пытались проверить эти жалобы, но в медицинском мире, как известно, рука руку моет. Все экспертные заключения однозначно свидетельствовали: пациенты, у которых были изъяты органы для пересадки, находились в безнадежном состоянии. Сейчас, когда всплыло дело вашей фирмы, мне бы хотелось вернуться к этим жалобам... - Я не берусь судить, насколько обоснованы эти ваши подозрения, господин следователь, но в любом случае они не касаются фирмы “Крио”, - Файнберг выпустил в сторону Гутника тонкую струю дыма. - У нас все чисто. По той простой причине, что мы занимаемся продажей донорских органов, полученных исключительно из-за границы. Принцип нашего бизнеса прост: человеческая почка, скажем, в Индии стоит не более 15 тысяч долларов, в Штатах ее цена достигает иногда 150 тысяч долларов.
- Что же мешает индийцам продавать этот свой товар напрямую?
- Элементарное отсутствие технологий. Известные в мире технологии не могут обеспечить долгосрочное хранение донорских материалов. Две недели, максимум месяц - вот все, что могут сегодня в лучших клиниках мира, не говоря уже о таких странах, как Индия, Пакистан, Россия.
Мы же создали технологию, с помощью которой те же донорские органы можно хранить больше года. Этого нет нигде, для этого были нужны еврейские мозги. И потому мы продаем, в сущности, не органы, мы продаем технологию... Для того, чтобы убедиться в этом, вам достаточно ознакомиться с документацией нашей фирмы. - Это уже делается, - ответил Гутник.

Кавказский след

- Судя по тому, что в нашем разговоре всплыло слово “Россия”, мы подходим к делу о русской мафии, господин полковник, - сказал я, когда Гутник пролистал первые два десятка страниц дела. Гутник поморщился: - Я уже сказал, что слово “мафия” можно употреблять по отношению к чему угодно. Речь здесь действительно идет о международной преступной группировке, и по этому делу мы подготовили совместный с нашими российскими коллегами доклад для очередной сессии по борьбе с международной преступностью, которая состоится весной 1997 года в Болгарии. Началось все с того, что капитан Штернгольц просидел два дня над документами фирмы “Крио” и установил, что донорские органы в огромном, с точки зрения этого бизнеса, количестве прибывали в Израиль именно из России, а не из Индии или откуда-то еще... Если быть еще более точным, то из Закавказья. А наши таможенники их прошляпили!.. - Простите, но Закавказье - это не Россия.
- А, один хрен. Маршрут был приблизительно такой: Ереван - Москва (там эти органы проходили предварительную консервацию) - Тель-Авив... Короче, мы передали через Интерпол имеющуюся у нас информацию российским следователям, и они уже раскрутили ее до конца.
- Каким образом источник добывания донорских органов оказался в Армении? - Вы помните, что в 1988 году в Нагорном Карабахе заварилась кровавая каша? Впоследствии все это переросло в самую настоящую войну между Арменией и Азербайджаном.
- Да, разумеется... - Так вот, Армения, насколько мне известно, эту войну выиграла. А на любой войне, как известно, бывают пленные. Обе воюющие стороны захватили их порядка нескольких тысяч. В основном это были женщины и дети, но среди них попадались и взрослые мужчины, конечно, молодые - кто же еще воюет на фронте. Пленных и армяне, и азербайджанцы использовали в качестве сельскохозяйственных рабочих. Если быть точным - пленные были рабами в полном смысле этого слова. Ну, а потом кое-кому пришло в голову использовать этих рабов в качестве доноров жизненно важных органов, потому что если поставить этот бизнес на поток, то по своей доходности он не уступает игорному и наркобизнесу.
Но технология долгосрочного хранения донорских органов действительно имеется только в Израиле. Если учесть, что доктор Файнберг, один из создателей этой технологии, приехал из России в Израиль в 70-х годах, то дальнейшую цепочку проследить нетрудно.
За 1992-96 годы через “Крио” прошло больше трех тысяч донорских препаратов. Факт жуткий, омерзительный, органически вписывающийся в то, что мы называем армянством и армянским фашизмом.
По сути, это одно из самых тяжких преступлений XX века. Притом преступление, в которое армяне сумели вовлечь Россию, США и другие страны. Прежде всего возмущает то, что российские следователи, которым израильская сторона передала имеющуюся информацию, фактически не разоблачили преступников. Не менее возмутительно и то, что мир проявил к этому преступлению полное безразличие.
А ведь речь идет о тысячах человек, которых армянские фашисты, взяв в плен, превратили в товар, продаваемый по частям. Где Европейский совет? Где международные организации по правам человека? А где реакция госдепа США, так молниеносно реагирующего на уличную брань между оппозицией и полицейскими?
Да, мы - жертва стереотипов, сформировавшихся в мире под воздействием лживой армянской пропаганды. Один из таких стереотипов присутствует и в опубликованной статье израильских авторов. Вот он: “Пленных и армяне, и азербайджанцы использовали в качестве сельскохозяйственных рабочих”. Это неправда. Азербайджан ни одного армянского пленного не использовал в сельскохозяйственных работах. Если бы это было так, то об этом знали бы все, так как Азербайджан открыт для всего внешнего мира. А Армения использует этих людей в оккупированных районах главным образом на выращивании наркотических растений. Поэтому здесь всякие паритеты неуместны.
У нас развелось много “правозащитников”. Они часто обвиняют власть в нарушении прав всякого рода преступников. Но к подобного рода преступлениям армян эти дамы и господа проявляют загадочное безразличие. А почему? Не потому ли, что их проармянская позиция хорошо оплачивается? Думаю, что в контексте критики деятельности армянского фашизма нам следует разобраться и во всем, что творится в нашем собственном доме.
Предлагаю вниманию читателя второй документ, свидетельствующий о том, что армяне при поддержке их вечных покровителей активно и всесторонне готовятся уничтожить нас как нацию. Для того, чтобы убедиться в подлинности этого документа, посмотрите, уважаемый читатель, следующие источники: 1) Г.Марков. Экология, 1994; 2) Р.Новрузоглу. Еколожи террор. Газ. “Республика”, 26 апреля 2002; 3) “Преступления армянских террористических и бандитских формирований против человечества (XIX-XXI вв.)”, 2002.
Вот этот зловещий документ. “21 мая 1992 года. Париж. Франция. В отеле “Continental” армянским ученым А.Аганбекяном было проведено обсуждение документа “Экологическая программа армянской нации против азербайджанской нации” с участием представителей армянской общины, членов различных армянских террористических организаций. В разделе документа, который зашифрован и числится под кодовым названием “А214-1”, рассматриваются следующие направления экологического террора: а) распространение на территории Азербайджана медицинских препаратов, действующих на нервную систему мужчин и приводящих к ее параличу; б) проведение определенных (медицинских, экологических) мероприятий среди девушек и женщин, обучающихся в средних и высших учебных заведениях; в) организация и осуществление (медицинских, экологических) мероприятий, способствующих массовому снижению рождаемости в Азербайджане”.
Серьезные исследователи полагают, что этим обсуждением были заложены методологические и идейные основы политики экологического террора, направленной против азербайджанцев. И то, что местом проведения обсуждения этой зловещей программы армянского фашизма избран был Париж, отнюдь не случайно. Ибо в 1986 году неофашист Аганбекян свое печально известное заявление о получении согласия не менее нам печально известного Михаила Горбачева относительно передачи Нагорного Карабаха в состав Армении сделал также во Франции, в Париже. Прискорбно, но факт. Вот так под крылышком великих держав и сильных мира сего армянский фашизм сегодня решает вопросы, противоречащие всем принципам международного права и общечеловеческой морали.
В этой связи крайне важно подчеркнуть одну очень важную мысль. В нашем обществе живо обсуждаются вопросы, связанные с освобождением азербайджанских территорий от армянской оккупации. И это вполне естественно. Но неестественно и крайне несправедливо то, что некоторые политики и авторы порой недооценивают способности нашего врага, который не пренебрегает самыми грязными и отвратительными средствами борьбы и преследует единственную цель - уничтожить всех азербайджанцев, сделать Азербайджан армянской территорией. Сила нашего трусливого врага в том, что на него работают великие державы и обманутые народы. Поэтому не обращать на все это внимание и ругать президента страны за то, что он еще не решил карабахскою проблему, по меньшей мере несправедливо.
Недостойно и то, что многие в этом вопросе заняли если не позицию оппонентов, то позицию нейтралитета. Долг всех, кто называет себя мужчинами и азербайджанцами, - объединиться, сплотиться во имя победы над армянским фашизмом. У нас много “карманщиков”, т.е. тех, кто денно и ношно лезет в карман собственному народу и постоянно думает о своем кармане. Пора бы и им подумать о судьбе Родины.

Продолжение следует