Свежий Номер
    Актуально
    Политика
    Геополитика
    Взгляд
    Расследование
    Жизнь
    Образование
    Вокруг нас
    Что случилось
    Будь здоров!
    Призвание
    Мэтр
    Лик
    Спорт
    Гороскоп
    Lider TV
    Радио Lider
    Our Century
    Azerbaijan
с 16.09.05  -  по 22.09.05   №37(328)
Призвание
“И, удаляясь от всходов меди века, ищу в пыли веков я золото семян”

Вот так и про жизнь, не солгавши нимало, У края ее я промолвить могу, Что в голову солнце меня целовало, А ноги мои увязали в снегу. Атааллах Аррани

...Льва Гумилева арестовали 10 марта 1938 года. А месяцем раньше - 10 февраля - Николая Ереховича и Теодора Шумовского. К моменту ареста в научном багаже двадцатипятилетнего ученого-арабиста было: участие в написании коллективного труда под руководством академика В.В.Струве: “Краткий курс истории Древнего Востока”, разработка самостоятельной темы “Арабская картография в ее происхождении и развитии”. Работа была принята в печать АН СССР, он занимался разработкой арабских и иранских источников в истории Азербайджана...
С.Лавров в своей книге “Лев Гумилев. Судьба и идеи”, вышедшей в 2000 году, приводит материалы следствия, взятые им в Российском государственном военном архиве (РГВА), где сохранилось дело №410, а также из справки, предоставленной С.Лаврову Центральным архивом ФСБ РФ.
“...Ерехович Николай Петрович - 1913 г. р., уроженец г. Ленинграда, гр-н СССР, русский, из дворян, б/п, до ареста - студент ЛГУ, проживал: пр. Володарского, д. 15, кв. 10.
Отец: Ерехович П., генерал-майор царской армии - до весны 1918 г. служил управляющим Аничковым дворцом в Петербурге (по придворному этикету, занимая эту должность, обязан был приглашать царя - Николая II в крестные отцы к своим детям; его сын был крестником царя); в белой армии не служил, после революции работал в губвоенкомате и на Екатерининской жел. дороге; в 1928 г. Коллегией ОГПУ был осужден по ст.ст. 58-4 и 6 УК к 10 годам лишения свободы, в 1933 г. досрочно освобожден. Мать: Ерехович Л. Д., в 1938-1940 гг. работала медсестрой на руднике им. Кирова в г. Кировске”.
В 1934 г. поступил в Ленинградский институт истории, философии и лингвистики (ЛИФЛИ), преобразованный в филологический факультет ЛГУ, сразу на 2-й курс - на ассирийское отделение семито-хамитского цикла; в январе 1935 г. был исключен из ЛИФЛИ “как лицо, имеющее дворянское происхождение”, восстановлен через 7 месяцев при поддержке М. И. Ульяновой - председателя Бюро жалоб Комиссии советского контроля; специализировался в области ассириологии, вел большую научную работу.
Арестован за 4 месяца до окончания ЛГУ. В справке на арест указывалось, что “является озлобленным врагом Советской власти и поддерживает тесную связь с активными эсерами профессорами Московского гос. университета Силецким и Бурсиным”.
Шумовский Теодор Адамович - 1913 г. р., уроженец Житомира, из семьи служащего госбанка, поляк, гр-н СССР, комсомолец, холост; в 1915 г. семья переехала в г. Шамаха (Азербайджан); в 1929 г. потерял отца, в 1933 г. - мать, старший брат Шумовский И. А. проживал в г. Шамаха, Азербайджанской ССР.
В 1932 г. поступил в Ленинградский институт истории, философии и лингвистики (ЛИФЛИ), преобразованный в филологический факультет ЛГУ; специализировался в области арабской филологии и истории, вел большую научную работу, занимался переводами с английского, немецкого, французского языков на арабский.
В 1937 г. был исключен из комсомола “за беспринципное, раболепное отношение к трудам академика Крачковского и отрыв от комсомольской организации”. Комментируя причины ареста, С. Лавров обращает внимание на странность этой части обвинения, поскольку в это время действительный член АН СССР И. Ю. Крачковский - выдающийся востоковед страны - спокойно работал, его не трогали, правда, относиться к нему предписано было не “раболепно”, а “принципиально”.
На этих студентов, живших наукой, Управлением НКВД по Ленинградской области было заведено уголовное дело. Они обвинялись “в участии в молодежной антисоветской террористической организации в ЛГУ и в подготовке террористического акта против А. А. Жданова”.
Из приговора Военного трибунала ЛВО:
Сов. секретно
Именем Союза Советских Социалистических Республик
Военный Трибунал Ленинградского военного округа
В составе: Председательствующего...
Членов: ...
на закрытом судебном заседании в г. Ленинграде 27 сентября 1938 г. рассмотрел дело по ОБВИНЕНИЮ:
Гумилева Льва Николаевича, 1912 г. рождения, уроженца г. Пушкина Ленинградской области, сына буржуазного писателя [...]
Ереховича Николая Петровича, 1913 г. рождения, уроженца г. Ленинграда, из дворян, русского [...]
Шумовского Теодора Адамовича, 1913 г. рождения, уроженца г. Житомира, УССР, сына служащего, по национальности поляк [...]
в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 17-58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР УСТАНОВИЛ СЛЕДУЮЩЕЕ:
Гумилев, Ерехович и Шумовский будучи контрреволюционно настроенными к руководителям ВКП(б) и Советской власти и существующему строю, с конца 1937 года являясь активными участниками контрреволюционной террористической организации в гор. Ленинграде, ставили перед собой задачу свержения Советской власти и реставрации капитализма в СССР, путем активной контрреволюционной агитации против политики ВКП(б) и советского правительства, путем организации и совершения террористических актов над руководителями ВКП(б) и советского правительства.
Руководителем этой контрреволюционной террористической молодежной организации являлся Гумилев, который одновременно был связан с активными участниками антисоветской террористической группы, существовавшей при Ленинградской лесотехнической академии и возглавлявшейся Высоцким (О.Н.Высоцкий - сводный брат Льва Гумилева - сын Николая Гумилева и актрисы театра Мейерхольда - Ольги Высоцкой - ред.), Шуром и др., подготовлявшимися совершить террористический акт над руководителями ВКП(б) и советского правительства.
Ерехович, Шумовский и Гумилев помимо вербовочной работы и антисоветской агитации против проводимых мероприятий ВКП(б) и Советской власти на своих нелегальных сборищах обсуждали вопрос и высказывались о необходимости перехода к террористическим методам против руководителей ВКП(б) и Советского правительства, чем и совершили преступления, предусмотренные ст.ст. 17-58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР.
В силу изложенного ПРИГОВОРИЛ:
Гумилева Льва Николаевича на основании ст. 17-58-8 УК РСФСР лишить свободы с содержанием в ИТЛ сроком на десять лет, с поражением политических прав по п.п. “а”, “б”, “в” и “г” ст. 31 УК сроком на четыре года, с конфискацией лично принадлежащего ему имущества.
Ереховича Николая Петровича и Шумовского Теодора Адамовича на основании ст. 17-58-8 УК РСФСР лишить свободы с содержанием в ИТЛ сроком на восемь лет каждого, с поражением политических прав по п.п. “а”, “б”, “в” и “г” ст. 31 УК сроком на три года каждого, с конфискацией лично принадлежащего им имущества.
Начало срока наказания Гумилеву исчислять с 10 марта 1938 г., Ереховичу и Шумовскому с 10 февраля 1938 г.

“...Как трехсотая, с передачею, 
Под крестами будешь стоять 
И своею силою горячею 
Новогодний лед прожигать...”.

Это не реквием, это - крик отчаяния. Отчаяния матери.
Сталину слали прошение А.Ахматова, К.Чуковский, Б.Пастернак... Как писал сам Л.Гумилев: “Мама, хотя в силу разных обстоятельств мы и прожили долгие годы вдали друг от друга, по-своему любила меня, переживала за “без вины виноватого” сына. В годы заключения она помогала мне, сколько могла, деньгами, высылала мне продовольственные посылки”.
(Н.Н.Попова, О.Е.Рубинчик. “Анна Ахматова и Фонтанный Дом. СПб. Невский диалект, 2000, с.67).
Ни у Ники Ереховича, ни у Тадика Шумовского таких покровителей не было. Они сами писали кассационные жалобы, за них хлопотали друзья, учителя...
Дело было послано на доследование. И это считалось победой. Вот как вспоминает о своих ощущениях Теодор Шумовский: “Как бы то ни было, Ника, Лева и я - не осужденные, мы вновь подследственные. Торжествуем, надеемся, ждем... Ника сделал из черного хлеба шахматные фигурки - половину их вывалял в стенной извести - это белые. Красивые фигурки: не обычные, а причудливого облика. У Ники помимо востоковедной одаренности - руки скульптора. И вот мы втроем ведем шахматные битвы...” А вот более подробный рассказ 90-летнего Теодора Шумовского об этом времени моему коллеге Евгению Голубеву.
- Меня, пятикурсника ЛГУ, в Институте востоковедения брали в аспирантуру. Об этом узнал сокурсник и решил “подмогнуть”... Была опубликована статья об академике И.Ю. Крачковском. Он обвинялся в низкопоклонстве перед Западом и в том, что не упоминает классиков марксизма. Сокурсник публично спросил, как я отношусь к этой статье. И я ответил при всех: “Статья лжива от начала до конца! Облили грязью моего учителя..”. Меня исключили из комсомола. Об аспирантуре можно было забыть, хотя в университете оставили. А в феврале 1938-го за мной пришли. В Большом доме на следствии узнал подробности: будто бы Гумилев возглавляет молодежное крыло “партии прогрессистов” (ни крыла, ни партии не существовало), которая хотела установить буржуазно-демократическую диктатуру.
С Левой Гумилевым меня познакомил в 1934 году профессор В.В. Струве. Лева учился на истфаке, курсом младше.
А теперь нас свели в одно следственное дело, добавив еще пятикурсника Николая Ереховича, египтолога, которого Лева до этого не знал. Военный трибунал осудил меня и Ереховича на 8 лет, а Гумилева - на 10 лет... После приговора трибунала держали в пересыльной тюрьме. И несмотря на решение Верховного суда о пересмотре, собрались отправлять на этап. Сидели в одной камере, и Лева как-то позвал: “Залезем под нары...”. Залезли. Он говорит: “Неизвестно, что будет. Может, не увидимся больше? Память у тебя хорошая, сохрани стихотворение отца...”. И прочитал мне строки Николая Гумилева:
“Твой лоб в кудрях отлива бронзы.
Как сталь, глаза твои остры.
Тебе задумчивые бонзы
В Тибете ставили костры...”.

В пересылке мы, шесть осужденных студентов, создали Вольный университет. Читали друг другу лекции. Ерехович задумал работу “История лошади на Древнем Востоке” и рассказывал, как приручали, запрягали, ухаживали за лошадьми. Гумилев читал лекцию о хазарах, живших в древности между Волгой и Доном, я - об арабской картографии.
Попали на Беломорканал, где на пару с Гумилевым пилили бревна двуручной пилой. Потом было переследствие, всем дали по пять лет. Николай Ерехович попал на Колыму, сгинул в 1945-м. (Судьба Ереховича сложилась трагично: по данным ЦА ФСБ РФ, приведенным С.Лавровым, он “после освобождения из лагеря умер в центральной больнице Управления северо-восточных исправительных трудовых лагерей”. И только 20 мая 1975 г. Дело в отношении Ереховича “производством прекращено за отсутствием состава преступления”).
Гумилева отправили в Норильск, а меня в Красноярский лагерь. Освободился в 1944-м, выезжать не разрешили - работал “по вольному найму” в том же лагере инвентаризатором, пожарным сторожем, пишущей машинисткой...
Гумилев в юности увлекался хазарами. О пассионерах он заговорил позже. Гумилев был моим другом, и я не стану ругать его теорию. Но Лева, к сожалению, не чужд был фантазерству. И к его идее пассионарности я отношусь сдержанно. По-моему, она больше напоминает религию, а не науку - ведь ее нельзя проверить. Он говорит: Космос влияет на историю человечества, и поэтому появились Чингисхан. Христос, Наполеон, Петр Великий и другие. А как это проверить?
В своих работах пользуюсь 22 языками. И неволя в этом отношении мне помогла. В лагерях встречались представители разных национальностей. В Доме предварительного заключения в Ленинграде мне встретился преподаватель ЛГУ, знавший испанский язык. Запоминал слова с его губ. Финскому языку меня обучал нарком Карело-Финской ССР. Он был моим напарником - вместе валили лес в Котласе. По-грузински я начал разговаривать с местоблюстителем Патриарха всея Грузии, тоже в лагерях. А в “Крестах” я встретил китайца. Самый, кстати, для меня сложный язык. Японский дался проще”.
Судьбы арестованных сложились по-разному. Их последующая жизнь подтвердила слова Ахматовой о “будущих звездах русской науки”.
...Крачковский и Струве, не уставая, шлют ходатайство “наверх”. И вот 46-й год. Эшелон мчит Шумовского на Запад, назад стремительно летела тайга. Девять лет, девять страшных лет...

Людмила Хохлова
Продолжение следует

Квартира стала стеной

“Джазовый Лист”
К 80-летию Оскара Петерсона

© Copyright 1999-2005 Media holding

© WEB Design Group Media holding