В канун 2006 года указом президента Азербайджана Ильхама Алиева известный азербайджанский ученый-арабист, ректор Бакинского исламского университета, доктор теологии, почетный гражданин США, вице-президент Международной ассоциации культуры “Симург”, профессор гаджи Сабир Гасанлы был награжден орденом “Шохрат”. Эта высокая правительственная награда ознаменовала определенный этап нелегкого пути пропаганды исламской религии в нашем государстве, который прошел этот человек. Но путь продолжается и сегодня. Гаджи Сабир во всеоружии собственных идей по-прежнему неустанно борется за их претворение в жизнь. Остановить его, да и то ненадолго, может только журналист с диктофоном.
- Гаджи, чем явился для вас орден “Шохрат”, пополнивший в общем-то довольно скромный перечень ваших наград?
- Наград у меня действительно не так уж и много. В 1993 году за цикл программ на государственном телевидении “Призываю к нравственности” и “101 хадис”, наш совместный с режиссером Мехрибан Алекперзаде телевизионный проект, я был удостоен международной премии “Хумай”; в начале 2000 года за серию публикаций в местной прессе мне присудили премию “Золотое перо”; и не так давно наш уважаемый президент, высоко оценив мой скромный вклад в развитие исламской религии, наградил меня орденом “Шохрат”. Безусловно, меня это очень обрадовало, но еще больше я рад тому важному значению, которое глава нашего государства придает пропаганде и развитию ислама в нашей стране. Это одно из тех главных качеств, которое он унаследовал от своего отца, величайшего политического деятеля, покойного Гейдара Алиева. Мир праху его.
Награда эта была очень тепло встречена моей семьей, профессорско-преподавательским составом Бакинского исламского университета и огромной армией наших студентов и выпускников. Думаю, что именно сегодня, при наших нарастающих темпах интеграции в Европу, тяга народа к исламской вере имеет очень важное стратегическое значение.
- Гаджи, сегодня люди все чаще с грустью вспоминают советский период, когда нравственно-этические ориентиры в обществе были более устойчивыми. Почему же они сместились именно с возрождением религии?
- Безусловно, в нашем обществе в определенной степени имеет место нравственная дезориентация, но я бы не стал связывать это с возрождением религии.
Мы все пережили сложный процесс переоценки моральных и духовных ценностей, в одночасье высвободившись из оков большевистской идеологии. Народ оказался один на один с долгожданной свободой, которой не каждому дано умело распорядиться. Это было своего рода испытанием на прочность, и на этом ответственном этапе именно религия сыграла свою координирующую роль. Иное дело, что от нравственного падения она смогла уберечь лишь тех, чья духовность не растлела окончательно в эпоху большевистского атеизма. Переходный этап - это своего рода индикатор истинной сути каждого человека.
- А в какое время хотелось бы жить лично вам?
- Человеку удалось подчинить себе многие силы природы, за что он и по сей день продолжает расплачиваться всевозможными стихийными бедствиями, но со дня сотворения мира только время в своем полном всевластии осталось непобедимым, оно подчинено только Всевышнему. Что касается меня, то в моем прошлом было очень много огорчений, потерь и предательств, и потому я не жалею о нем.
Увы, не так часто радует и наша реальность, и причин тому бесчисленное множество. Больно видеть сегодня среди абитуриентов нашего университета безграмотных юношей и девушек, которым незнакомо творчество не только Низами, Физули, Насими, но даже Самеда Вургуна. Еще больнее осознавать, что это - последствия нынешней катастрофической ситуации в нашей системе образования, и что придет время, и эти люди будут воспитывать будущие поколения граждан нашей страны. Кто-то пытается связать это с проблемой карабахской войны, но это абсурд: в годы Великой Отечественной войны системе образования придавали большое значение, страна даже в трудную минуту заботилась о будущем своего народа, делалось все необходимое, чтобы он не оказался жертвой безграмотности.
Больно также наблюдать “утечку мозгов” из нашей суверенной страны, ведь за последние десятилетия наши специалисты вынуждены уезжать за рубеж, где их знания оцениваются раз в пять выше.
Мы уже много лет говорим о нашем общем горе - оккупированных армянами карабахских землях. К сожалению, патриотизма нам хватает только на пламенные речи.
А во что превратилась наша столица? Иной раз кажется, что Дома торжеств конкурируют с роскошными, ценой в три-четыре тысячи долларов надгробиями на кладбищах.
Почему эти люди не могут или не хотят понять: человек сам принадлежит земле и никогда не станет ее владельцем, и в судный день никакие мраморные усадьбы не спасут их от ответа перед Богом.
Оглядываясь на все это, я тешу себя только надеждой на будущее, то самое будущее, в котором, наконец, возобладает разум, и люди поймут, что ради материальных благ не стоит совершать поступки, унижающие человеческое достоинство.
Я мечтаю о будущем, и самой заветной мечтой для меня является территориальная целостность нашей страны. Я мечтаю о строительстве в Баку здания исламского университета. Очень хочется верить, что придет день, и в нашем обществе будут стерты эти чудовищные контрасты блеска и нищеты, и у нас никогда не будет ни брошенных детей, ни отверженных родителей.
Надеюсь дожить до свадьбы своих внуков и увидеть их счастливыми и достойными гражданами своей страны. Такими же хочу видеть членов своей второй большой семьи - студентов Бакинского исламского университета, которым я смело вверил эстафету грамотной пропаганды ислама.
Стоит ли жалеть о прошлом при нынешних очевидных успехах нашего государства как в дипломатической, так и в политической сферах? Сегодня экономические реформы осуществляются в регионах Азербайджана. Во многих районах идет массовое строительство, а это - десятки тысяч рабочих мест...
В советские годы я побывал в более 60-70 стран мира, и ни в одной из них об Азербайджане ничего не знали. Сегодня наша страна смело вступила в мировое сообщество, и мы диктуем свои правила решения навязанного нам извне карабахского конфликта. Независимость далась нам нелегко, но намного труднее самостоятельно решать все социально-экономические, общественно-политические проблемы суверенного государства, и сегодня нам это удается.
Сегодня мы находимся в преддверии реализации грандиозного проекта Баку-Тбилиси-Джейхан, который принесет нашей стране миллиарды долларов дохода. Разве этого мало для того, чтобы с оптимизмом смотреть в будущее страны?
Арабские страны сегодня считаются эталоном материального благосостояния, но этого высокого уровня они достигли только благодаря нефти; мы же являемся владельцами богатейшей флоры и фауны Азербайджана, девяти из одиннадцати климатических зон - уже этого достаточно, чтобы надеяться на дальнейшее процветание нашего народа.
- Гаджи, ваши оптимистические прогнозы не радовать не могут, но им противоречит сборник ваших замечательных стихов, в каждом из которых тесно переплетаются пессимизм с бунтарским духом автора. Чем это объясняется?
- Дело в том, что эти стихи я писал только в те минуты, когда не написать их просто не мог. Каждое из этих сочинений - плод крайнего отчаяния, невосприятия существующей на тот момент реальности. Мои стихи рождились в минуты тщетного поиска ответов на волнующие меня злободневные вопросы. Отсюда и бунтарский дух, который мне отнюдь не чужд. Но я никогда не писал ради публикации, ради издания собственных сборников. Поэзия для меня - это средство самовыражения, своего рода диалог с самим собой.
- Мы беседуем с вами в канун траурной даты в истории нашего государства - 20 Января. Как вы считаете, что может служить лучшей данью памяти невинным жертвам этой трагедии?
Лучшей данью памяти может быть только вечная память - это однозначно. История склонна к рецидивам, и если мы оглянемся на прошлое , то поймем, что она состоит из череды повторяющих друг друга событий.
Когда пришло время предать земле жертв этого чудовищного кровопролития, государственные структуры никак не могли определиться с местом их захоронения. Было предложено несколько вариантов. Помню, кто-то даже предложил похоронить их в сквере им. 26 Бакинских комиссаров, и чисто случайно выбор пал на Нагорный парк имени Кирова.
К тому времени из памяти людей начисто стерлись захороненные здесь жертвы армяно-азербайджанской войны 1918 года. Так вот, о них нам напомнила сама земля - в каждой из могил для шехидов 20 Января люди находили останки шехидов 1918 года.
И всем стало ясно, какой страшной расплатой обернулось для нас забытое прошлое.
Безусловно, дата 20 Января - это несмываемое кровавое пятно в истории нашей страны, и потому Аллея шехидов навсегда должна оставаться для нас местом истинного паломничества. Все мы и будущие поколения обязаны чтить память тех, кто пал невинной жертвой в борьбе за независимость своего народа. но в то же время важно понять, что это не повод для вечного безутешного оплакивания погибших. Дата эта должна укреплять в нас прежде всего дух патриотизма и уважение к истории своего народа. Нам необходимо доказать непоколебимость азербайджанского народа.
Сегодня уже твердо стоит вопрос скорейшего решения карабахского конфликта, и я убежден, что в ближайшем будущем эта бессмысленная война прекратится, но наше соседство с Арменией вечно, и потому мы не имеем права забывать уроков истории. Азербайджану необходимо создание сильной армии, для содержания которой у нас сегодня есть все необходимые средства. Воевать мы умеем и нам есть на кого положиться в защите территориальной целостности нашего государства - это выпускники военного училища им. Нахчыванского, Нахчыванского военного лицея.
Я верю, что настанет день, и наше Министерство обороны подпишет с Управлением мусульман Кавказа документ о призыве на воинскую службу служителей ислама. И тогда, иншаллах, мы вернем наши земли, омытые праведной кровью наших шехидов. Лала БАГИРЗАДЕ