Политический кризис вокруг ядерных планов Тегерана достиг своего пика. 28 апреля истекает 30-дневный срок, отведенный Советом Безопасности (СБ) ООН Международному агентству по атомной энергии (МАГАТЭ) для представления итогового доклада по иранской ядерной программе. Как и предполагалось, главе МАГАТЭ Мухаммеду эль-Барадеи не удалось достичь какого-либо компромисса с иранским руководством, которое отказывается приостановить работы по обогащению урана. Тегеран также не согласился с предложением Москвы создать совместное предприятие по обогащению урана на территории России. Безуспешными оказались очередные переговоры в Москве с участием иранской делегации с представителями “европейской тройки” (Великобритания, Франция, Германия) и консультации “пятерки” постоянных членов СБ ООН. А руководство Ирана, словно провоцируя США на нанесение удара, намерено объявить тендер на строительство еще двух новых АЭС. Напомним, что работы по строительству АЭС в Бушере, которые ведут российские специалисты, должны завершиться к концу этого года. Словом, иранская сторона демонстрирует решимость в отстаивании своих ядерных планов.
Как же будут развиваться события дальше? Ответ на далеко не риторический вопрос отчасти может быть дан на сегодняшнем заседании Совбеза ООН, на котором будет заслушан доклад главы МАГАТЭ. Хотя вариантов выхода из кризисной ситуации практически нет: либо Ирану будет выдвинут конкретный ультиматум по прекращению процесса обогащения урана, за которым последуют санкции; либо Совбез решит продолжить ядерный диалог с иранской стороной, дав МАГАТЭ еще один срок на поиск путей урегулирования проблемы. Примечательно, что, накануне заседания в ООН, иранская сторона выглядела спокойной, заявляя, что никаких серьезных санкций по отношению к Тегерану решение Совбеза не будет содержать. “Мы рассчитываем, что ядерное досье не попадет в СБ ООН, и оно и далее будет рассматриваться в МАГАТЭ”, - заявил накануне глава МИД Ирана Манучер Моттаки. А президент страны Махмуд Ахмадинежад и вовсе был категоричен, заявив, что в случае передачи ядерного досье Совбезу, Иран может выйти из МАГАТЭ: “Что нам дало то, что более 30 лет мы состоим в агентстве? Работа в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия - наша твердая политическая линия. Однако если мы увидим, что нарушаются или не признаются наши права, мы пересмотрим нашу точку зрения”.
Президент Ирана также не верит в возможность военной операции против его страны. По его мнению, подобная атака станет очень опасной для самих атакующих. “Они знают, сколько вреда она им принесет. Любая военная операция против Ирана приведет к разрухе социально-экономической ситуации в тех странах, которые начнут агрессию”, - заявил Ахмадинежад накануне заседания СБ ООН. Ранее иранский президент уже пригрозил США и их будущим союзникам по антииранской коалиции в случае военной агрессии взвинтить цены на нефть до такого уровня, что они пожалеют о том, что напали на Иран.
Следует отметить, что против нанесения ударов по Ирану выступают многие западные эксперты. В числе их и всемирно известный американский политолог Збигнев Бжезинский. В статье, напечатанной в газете “Los Angeles Times”, он говорит, что Ирану для того, чтобы создать собственное ядерное оружие, нужно как минимум несколько лет. Поэтому, по мнению политолога, атака на Иран не будет санкционирована Совбезом ООН, и США, предприняв одностороннюю войну против Тегерана, не добьются своих целей. Наоборот, считает Бжезинский, атака на Иран еще более усугубит положение в Ираке и Афганистане, спровоцирует новое насилие на Ближнем Востоке. Кроме того, в преддверие атаки на Иран Америка станет еще более вероятной мишенью для террористов. “Иными словами, атака на Иран будет проявлением политического безрассудства и даст толчок нарастанию хаоса на мировой арене. США станут объектом всеобщей враждебности, и эпоху американского превосходства может постичь преждевременная кончина”, - заключает известный политолог. Однако, несмотря на такие предостережения, американская администрация, похоже, решительно настроена против Ирана. Первым шагом в этом направлении, по словам госсекретаря США Кондолизы Райс, должно стать решение Совбеза ООН о санкциях в отношении Ирана. “Авторитет Совета Безопасности может пошатнуться, если он не примет жестких мер в отношении Ирана”, - заявила она накануне заседания.
В свою очередь, иранская сторона продолжает словесную перепалку с Вашингтоном, попутно грозя и потенциальным союзникам США в предполагаемой войне. “В случае начала Америкой военных действий Иран нанесет удары по его союзникам”. С таким заявлением в интервью египетской газете “Аль-Ахрам” выступил глава Верховного национального совета по безопасности Ирана Али Лариджани, который в числе возможных союзников США видит и Азербайджан. Если это случится, подчеркнул он, то “не исключается нанесение Ираном удара по трубопроводу Баку-Тбилиси-Джейхан”. Комментируя эти слова, руководитель Управления печати и информационной политики Министерства иностранных дел Азербайджана Таир Тагизаде призвал не воспринимать их всерьез, добавив, что подобные заявления “направлены на нарушение двусторонних отношений между странами и служат обострению обстановки”.

В Ираке закончился период фактического безвластия. Временного премьера Ибрагима аль-Джаафари сменил постоянный - 55-летний шиит Джавад Малики, парламентарий от фундаменталистской партии “Даава”. На формирование “кабинета народного доверия” ему дан месяц.
Хотя официально Малики еще не вступил в должность, однако сути дела это не меняет. Его кандидатуру утвердил парламент, собравшись на свою вторую после декабрьских выборов сессию. Депутаты также избрали нового спикера - им стал суннит Махмуд Машхадани. Президентом переизбран курд Джалал Талабани.
Ибрагима аль-Джаафари обвиняли в неспособности сплотить вокруг себя иракское общество. В частности, сунниты и курды ему не верили, обвиняли в отстаивании интересов исключительно своей политической фракции. Но самое главное - экс-премьер не устраивал американцев. И это в итоге решило его судьбу.
Джавад Малики - компромиссная фигура, не вызывающая протеста ни у одной из этнических общин. Он вернулся в Ирак из эмиграции в 2003 году, после свержения Саддама Хусейна. Участвовал в переговорах по новой конституции Ирака. В своей программной речи Малики обещал оставить в стороне религиозные и этнические распри и сформировать правительство, представляющее все слои населения. Он также хочет преобразовать стихийно возникающие военизированные формирования в организованные вооруженные силы. В Вашингтоне к назначению Малики отнеслись восторженно. Джордж Буш поздравил народ Ирака, назвав случившееся поворотным пунктом на пути страны к демократии, историческим достижением, которое укрепит безопасность Америки.

После небольшой передышки, которую французские студенты и профсоюзы подарили властям благодаря решению президента Франции Жака Ширака отозвать многострадальный закон “О первом найме”, в воздухе Латинского квартала вновь запахло жареным.
В понедельник специальные силы французской полиции вывели из Сорбонны около двух сотен молодых людей. Как и полтора месяца назад, студенты заблокировали университет, расписали лозунгами стены, а оказавшись на улице, разбили полтора десятка витрин. Выдвинутые требования также напоминали события марта: на этот раз вместо наделавшего много шума закона “О первом найме” гнев студентов обрушился на закон 2005 года “О новом найме”, который также является частью трудового законодательства. По сути, закон “О новом найме” сильно напоминает закон “О первом найме”: он также распространяется на малые предприятия с числом сотрудников не более 20 человек и также дает работодателю право в течение первых двух лет после заключения контракта уволить сотрудника без объяснения причин. В отличие от предыдущего закона, новый закон французские власти успели применить на практике, и, как заявил министр социальных дел, труда и солидарности Франции Жан-Луи Борло, закон “О новом найме” реально помог создать во Франции рабочие места. На этот раз студенты Сорбонны требовали отмены закона об иммиграции и амнистии всех участников мартовских беспорядков. Студенты заявили, что намерены устроить хорошенькую встряску и, в конце концов, все начать заново: “Мы здесь для того, чтобы показать, что ничего еще не закончено”.
Главный инициатор потерпевшего фиаско закона “О первом найме” премьер-министр Франции Доминик де Вильпен в сопровождении большого числа полицейских приехал в Сорбонну, для того, чтобы создать специальную национальную комиссию, которой предстоит наладить диалог между университетом и работодателями.