Cогласно графику движения электропоездов, вывешенному на самом видном месте вокзала, первая электричка отправляется в 04.25 утра по маршруту Баку - Забрат - Сумгайыт, последняя же выезжает в 23.05 по маршруту Баку - Сураханы - Мардакан. Мой путь лежал в поселок Мардакан, и я отправился к кассам, чтобы приобрести билет. Однако ни одна из трех касс по продаже билетов на пригородные электропоезда не работала. Работник вокзала любезно объяснил мне, что теперь билеты реализуются... в электричках.
...Сразу по прибытии поезда на станцию “28 Мая” уборщицы начинают наводить в вагонах порядок, и уже к моменту отправки в них царит идеальная чистота. Жаль, ненадолго: уже через полчаса полы вагонов вновь покрываются шелухой от семечек и окурками сигарет... Не успела электричка проехать и 2-х минут, как в вагон вошли двое контролеров-ревизоров. Цена проезда в пригородных поездах не зависит от расстояния и составляет всего 10 гяпиг. И все же находятся такие пассажиры, которые попросту отказываются покупать билет. Так, один молодой человек заявил контролерам, что у него нет денег на билет. Контролер вежливо, но настойчиво потребовал от “зайца” оплатить проезд. “Нет у меня денег, я безработный”, - стал огрызаться парень. Терпение контролера лопнуло: “Это ты здесь можешь говорить, что у тебя нет денег, а смог бы ты такое сказать в “маршрутке”? Пустили бы тебя без жетона в метрополитен? Если все так будут говорить, как же мы тогда будем сдавать план?”, - возмущался он. К счастью, больше таких проблем не возникало.
Вторая станция, следующая после вокзала, еще несколько лет назад носила фамилию одного из 26 бакинских комиссаров - Фиолетова. На то, что поезд проезжает эту станцию, в те времена указывала огромная вывеска на козырьке станции. Сегодня станция переименована, однако как я ни старался, найти новое название так и не смог.
Вообще, картина “ненавязчивого сервиса” в электричках не меняется годами. Все так же снуют по вагонам многочисленные продавцы семечек, сигарет, кукурузных палочек, фруктов, зелени, печатной продукции, носков и прочей мелочи. Раскупается сей товар довольно охотно. Одно жаль - многие пассажиры не заботятся о чистоте в вагоне и стряхивают шелуху семечек и прочий мусор прямо на пол.
Несмотря на то, что движение электропоездов расписано буквально по минутам, случаются и простои. Так, к примеру, на станции “Амираджан” нам пришлось просидеть в ожидании встречного грузового состава добрых 10 минут. Сидевший рядом со мной пожилой мужчина посетовал, что подобное происходит чуть ли не ежедневно. “Дело в том, что со станции Дубенди в город едут грузовые составы с цистернами нефти. А поскольку во многих местах у нас в стране до сих пор используется “одноколейка”, то приходится ждать, когда они проедут”.
В заключение хотелось бы добавить, что путешествие на электропоезде - дело довольно приятное, поскольку можно избежать вечных спутников городского автотранспорта - “пробок” и изнемогающей духоты. А самый главный дискомфорт - слишком жесткие деревянные скамейки, от длительного сидения на которых затекает спина. Да и немудрено, ведь ехал я на электропоезде, выпущенном аж в 70-х годах прошлого века...

Бахрам Батыев

Кто не любит ездить в поездах? Наверное, только тот, кто не может назвать себя романтиком. А уж на скольких людей снисходило творческое озарение под размеренный стук колес!.. Я тоже люблю поезда. Чувство это у меня возникло еще в далеком детстве, когда все видится в розовых красках и не накапливается усталость от двух-трехдневного сидения в купе, и когда поезд кажется огромным и загадочным миром, несущим тебя по огромной и загадочной земле. Детские, словом, ощущения. Немного размытые и идеализированные, но милые сердцу. И потому, получив редакционное задание “покататься” в пригородной электричке, я с удовольствием согласилась.

Коротаем время
Компанию мне решила составить близкая подруга. Где можно узнать расписание пригородных электричек - этим вопросом мы себя особенно не озадачивали, и потому в удобное для нас обоих время - примерно около 16.00 - мы встретились на Азизбековском круге.
Спустившись на перрон, мы попытались выяснить, во сколько прибудет наша электричка. То, что с большой натяжкой соответствовало понятию “павильон”, вмещало в себя пару обшарпанных лавочек, закуток наподобие столовой, за зарешеченным грязным окном которой красовалось расписание пригородных электричек. Выяснив, что в запасе у нас остается 45 минут, мы задумались о том, как использовать это время. Народу на перроне было “почти ничего”, а те, кто терпеливо ожидал прибытия электрички, прятался от солнца в тени замызганного газетного киоска. Простояв в этом “оазисе” минут десять, я искренне посочувствовала тем, кто пользуется электричкой в зимнее время: где бедолагам скрываться от пронизывающего ветра?
Около того самого газетного киоска, служившего “тентом” для теснящихся под ним людей, были выставлены на продажу ящики с овощами и фруктами. Чуть поодаль еще один “предприниматель” сосредоточенно пересчитывал собранную стеклотару.
Альтернативное место, где можно было бы спрятаться от солнца, называлось чайханой. Питейное заведение состояло из пары столиков, “упрятанных” в тени раскидистой ивы. Мы с подругой оказались единственными, кто в тот жаркий послеполуденный час вкушал “бодрящий” напиток. Минут через пять подошла электричка.

Унылая картина
Как театр начинается с вешалки, так наш пригородный поезд, следующий маршрутом “Баку - Бузовна - Мардакан”, начинался со... ступенек. Представьте себе почти метровое расстояние между перроном и тамбуром, которое нужно преодолеть одним махом, пролетев над ступеньками. Поэтому я с чувством благодарности протянула руку подростку, запрыгнувшему в вагон раньше своей мамы и нас. Эдак и ноги переломать немудрено, подумала я, очутившись в тамбуре. А если бы не этот услужливый мальчик, подавший нам руку? А как быть старикам с больными ногами?
...Состав набирал скорость в направлении пригородных поселков. Миновав станцию в поселке Сабунчи, мы все больше отдалялись от городской цивилизации. Картина, иллюстрирующая контраст между городом и деревней, приобретала все более отчетливые очертания и яркие краски. Здесь тебе и раскинувшиеся фруктовые сады с дозревающими яблоками и грушами, здесь же - заржавевший и вросший в огородную землю каркас от старого “Москвича”. Стихийные мусорки, груды которых периодически возникали прямо у железнодорожного полотна, с течением времени (а ехали мы около часа) перестали коробить взгляд и даже как-то дополняли общий пейзаж.
Впрочем, наше внимание периодически переключалось на снующих по вагону торговцев. Здесь продавали все - от мороженого за 500 манатов и абрикосов до предметов галантереи - носовых платков, носков, шнурков, шариковых ручек и т.д. Торговка в домашнем голубом халате в белый цветочек пыталась убедить нас в том, что мы горько пожалеем, если не купим у нее за 2000 манатов кулек с картошкой и луком. Обиженная, она удалилась в соседние вагоны. Здесь надо отметить, что движение по всему составу было абсолютно беспрепятственным. Двери между вагонами были открыты, и делалось это, по всей вероятности, для удобства контролеров, которые, стоя в первом вагоне, могли отмечать появление новых пассажиров. Проезд в электричке обходится в 500 манатов - дешевле, чем в некоторых городских маршрутках. Две женщины-контролера методично обходили ряды пассажиров, собирая плату за проезд и выдавая каждому по билету.
...Мы проехали около восьми станций, и перрон каждой из них больше повторял предыдущий, чем отличался от него. Выкрашенные в невзрачные бледно-розовые или бледно-желтые цвета павильоны пригородных станций все еще напоминали об ушедшей в небытие советской эпохе. Унылую картину дополняли тоскливые, изможденные от томительного ожидания под солнцем лица потенциальных пассажиров электрички. Лично на нас с подругой самое удручающее впечатление в этом путешествии произвела получасовая остановка на станции “Приморск”. Мы так и не поняли, зачем нужна была утомительная остановка, тогда как все, кому нужна была электричка, успели погрузиться в нее в течение пяти минут...
Наконец, подошла наша станция. “Ты - настоящий друг”, - с благодарностью сказала я своей подруге, когда мы, наконец, сошли на перрон. Обратно мы возвращались автобусом.

Суада Рафиева