Известный тарист, заслуженный артист республики, доцент Университета культуры и искусства Замиг Алиев не нуждается в особом представлении. Исполнилось почти тридцать лет его сценической карьере. Он замечательный собеседник, без особых затруднений подбирает слова для выражения своих мыслей подобно тому, как делится чувствами, переживаниями и размышлениями при помощи тара. С Замиг муаллимом мы знакомы уже не один год, так что я лучше, чем кто-либо, знаю о нежелании мастера говорить о самом себе, своих творческих успехах и планах на будущее. Он непременно повернет разговор о таре, об отношении к этому инструменту, посетует на сегодняшнее безразличие к народной музыке. Я не ошиблась в своих предположениях: с первого же вопроса он заговорил о том, что более всего занимает и волнует его сегодня. Работая над этим материалом, я поняла, что это не столько интервью, сколько монолог. Итак...

Монолог первый
“Достойный боец”

- Мне повезло родиться в замечательное для искусства время, когда действовали многочисленные очаги культуры, воспитывавшие любовь к музыке, особенно к национальной. Как известно, молодости свойственны ошибки, и если нет благоприятной для творчества среды, истинного наставника, ты не пробьешься.
Еще в средней школе я одновременно занимался в кружке тара во Дворце пионеров им. Ю. Гагарина. Тогда ребятишек, интересующихся народными инструментами, было множество, а значит, преподаватели имели возможность выбора. Судите сами, секретам игры на таре обучались около 70 мальчишек: из них 20 человек отправляли в оркестр, 10 - в ансамбль, а самые способные становились первыми таристами. Кружки самодеятельности поддерживали в нас желание познавать, открывали путь на сцену. Лично меня это привязало к музыке на всю жизнь. Мало только любить инструмент и изучать его - музыканту необходима и исполнительская деятельность.
Я являюсь преподавателем тара во Дворце культуры им. И.Абилова. К сожалению, сегодняшнее поколение, посещающее музыкальный кружок, не проявляет особого интереса ни к одному из народных инструментов - обучившись азам, тут же переходят на синтезатор. И это страшно, ибо если мы не будем поощрять интерес молодежи к тару, кяманче, балабану и другим народным инструментам, не будем воспитывать юных исполнителей, ничего хорошего в будущем нас не ждет. Вот уже сколько лет в списке соискателей почетных званий нет “народников”. Я не о себе говорю, мне когда-то присвоили звание заслуженного артиста, и если суждено, может, получу и народного. Но обидно за моих коллег, прекрасных исполнителей, посвятивших тару свою жизнь, отдавших ему душу и все еще не получивших ни одного титула. Видите ли, люди искусства очень чувствительны, они особенно нуждаются в моральной поддержке. С другой стороны, у слушателей формируется мнение, что народное искусство, видимо, не так уж и важно. Мы любим с пафосом заявлять, дескать, пока существует Азербайджан, традиции, искусство, культура его народа, с нами будет жить и тар, мы не допустим его забвения. А ведь сидя дома перед экраном телевизора со стаканом чая нельзя правильно оценить сегодняшнее состояние искусства. Никто лучше нас, таристов, не знает проблем, связанных с этим инструментом.

Монолог второй
Чтобы стать профессионалом, нужны многие годы

- Я счастлив, что посвятил свою жизнь этому народному инструменту. С таром я объездил почти весь мир. Если сегодня меня узнают на улице, незнакомые люди останавливают меня и благодарят, делятся впечатлениями о моих выступлениях, то это все благодаря тару. Я не могу предать свой инструмент, почитать его, хранить и приумножать это искусство, учить молодых - вот моя обязанность. В последнее время часто записываюсь, снимаю клипы, стараюсь, чтобы искусство тара отвечало духу времени. Многим нравится, даже интересуются, почему так мало. Но ведь это требует немалых средств. Спасибо друзьям за помощь.
А что до молодого поколения, то таланты у нас были всегда, и сегодня они есть, правда их мало. Мое поколение пришло в искусство целой “армией”, со временем произошел естественный отсев, осталось около десяти человек, которые впоследствии получили известность. Я боюсь, что сегодня начинающие таристы под давлением жизненных обстоятельств и нужды забросят исполнение на таре. Ни для кого ведь не секрет, что исполнением на народных инструментах не прокормишься. Все более или менее известные “народники”, включая меня, дают концерты только за границей. Для того, чтобы в совершенстве овладеть мугамом, работать с оркестром, быть концертмейстером в ансамбле, нужен многолетний упорный труд. Как ты можешь отдавать силы и энергию делу, не приносящему дохода, если на твоем попечении семья? Еще несколько лет назад подобных проблем у моих коллег не было - таристов, кяманчистов, народных певцов звали на свадьбы, их кормил весь Азербайджан. Сегодня все, имеющие мало-мальские музыкальные способности, идут в певцы, инструменталисты нынче непопулярны. Стоит записать одну-единственную песню, снять клип и прокрутить его на телеканалах пару месяцев, и ты - “звезда”. Чтобы стать заурядным исполнителем ресторанных свадеб, достаточно трех лет, а чтобы стать профессионалом - многие годы. Мое поколение музыкантов достигло нынешнего положения, обучаясь у корифеев, продвигаясь шаг за шагом к вершине успеха. А кто пойдет следом за нами? Вот это меня беспокоит. Если не будет серьезного внимания к исполнителям народной инструментальной музыки, то через двадцать-тридцать лет в этой сфере образуется вакуум. Мои слова могут показаться кому-то странными, но если мы не возьмемся за дело сейчас, через десять лет будет уже поздно.
В нашем университете обучаются студенты из Турции. И я замечаю, что у них очень большой интерес к классическим азербайджанским народным инструментам. Это нужно приветствовать, но представьте себе, что по прошествии 15-ти лет мы останемся без кадров. Что же тогда, пойдем к туркам и попросим их поучить нас игре на таре, как когда-то они сами учились у нас?!

Монолог третий
Миссия тариста

- Тар - настолько сложный музыкальный инструмент, что его не изучить по одной школьной или университетской программе. В инструментальном ансамбле “Дан улдузу” тар был единственным народным инструментом. В ансамбле же народных инструментов тар выполняет совершенно другие функции. В филармонии я аккомпанировал почти всем выдающимся исполнителям. Приходилось приспосабливаться к вокальному диапазону певца. Долгие годы я работал с Зейнаб Ханларовой, был первым таристом в ансамбле, его музыкальным руководителем. Это довольно сложно - аккомпанировать певцу, одновременно управлять ансамблем, быть готовым к любой импровизации исполнителя. Все это достигается благодаря опыту. Совсем другое дело - трио, когда тар и кяманча аккомпанируют певцу синхронно. С покойным Адалятом Везировым мы работали вместе долгие годы и потому понимали друг друга с полувзгляда. Стоит одному из исполнителей в трио хоть немного ошибиться, пропустить два такта, и слушатель тут же замечает погрешность. Свои трудности есть и в солировании. Нужно уметь привлечь к себе внимание слушателя. В моих клипах последних лет, если вы заметили, я впервые исполняю синтез лирических, мугамных и ритмических музыкальных отрывков. Я не против исполнения на свадьбах, сам не раз участвовал в подобных мероприятиях, ведь музыкант должен за счет чего-то жить и кормиться. Но сохранить уважение к искусству и в то же время привлечь к себе внимание аудитории - вот это уже настоящее искусство, над этим музыкант должен постоянно работать. В школе, к сожалению, этому не учат. Монолог Четвертый

Музыка - безбрежный океан

- У знаменитого, ныне покойного исполнителя Гаджибабы Гусейнова в последние годы жизни спросили, есть ли что-то, чего он не знает. Он ответил: “А что я выучил?” Так и я в последнее время все больше понимаю, что азербайджанская народная музыка - безбрежный океан, и что я узнал и изучил лишь малую его частичку.
Наши мугамы - бесценный дар Аллаха. Я объездил весь мир и потому смею взять на себя смелость сказать, что ни один из народов не имеет такой музыки. Весь мир преклоняется перед нашим мугамом. А отечественные теле- и радиоканалы порой пропагандируют дешевую, легкую музыку...
Что же делать? Моих сил хватает только на то, чтобы продолжать выступать, пока есть сила в руках, усиленно заниматься со студентами, не позволяя им терять интерес. Своими учителями я считаю Бахрама Мансурова, Гаджи Мамедова, Ахсана Дадашова, Габиба Байрамова, Алиагу Гулиева, Сервера Ибрагимова. Я счастлив, что мне довелось выступать в филармонии в ансамбле Агасы Мешадибекова, аккомпанировать выдающимся певцам. Каждый раз в любом исполнении мугам предстает в новом обличье. Это большая удача, если молодому таристу доводится аккомпанировать корифеям. А впоследствии, набравшись опыта, начинаешь делиться знаниями с молодыми певцами. Вот так и живет мугамное трио. Я не теряю надежды, что интерес к народной музыке вновь возродится. Уже пять лет, как у нас действует факультет музыкального искусства, на котором я преподаю с момента открытия кафедры народных инструментов и музыкальных дисциплин. В прошлом году была учреждена Национальная музыкальная академия, на днях ожидается открытие филармонии. Словом, все постепенно начинает налаживаться. Что до меня, то я никогда не предам тар, не изменю нашей музыке.